Несомненно, в таких теориях чувствуется влияние Руссо. В искусстве Буше эти темы интерпретировались в духе оперных постановок. Его пастухи и пастушки — нарядные и миловидные юноши и девушки, немного костюмированно изображенные на с|юне пейзажей. Свои композиции художник подчиняет архитектурным формам интерьеров рококо.
Представителем реалистического течения, адептом Дени Дидро и его концепций действенного искусства был Жан-Батист Симеон Шарден. Шарден был сыном парижского ремесленника, столяра. Некоторое время он учился у академических живописцев, однако, очень скоро порвал с ними.
Основой академической школы того времени была работа по образцам других мастеров и по воображению. Шарден предпочитал работу с натуры.
Излюбленным жанром Шардена был натюрморт. Еще в 1728 году два натюрморта («Скат» и «Буфет»), выставлявшиеся на площади Дофина, где раз в году молодые художники могли показывать свои картины, снискали успех у публики.
Затем Шарден представил свои работы в Академию и вскоре был избран в число академиков,
В какой-то мере Шарден был последователем школы «ру-бенсистов», так как моду на натюрморты создали именно голландцы.
Однако французские мастера в своих натюрмортах, как правило, обычно отталкивались не от реалистических основ голландского искусства, а от его декоративных элементов. Этому декоративному натюрморту Шарден противопоставил свои простые, непритязательные, лишенные каких бы то ни было эффектов картины.
Он писал глиняные кувшины, бутылки, стаканы, простую кухонную посуду, окруженную фруктами и овощами, иногда рыбу или дичь. Однако в этих довольно тесных рамках Шардену удалось очень ярко выразить себя как великолепного колориста.
Писал Шарден и жанровые сцены. Они были посвящены, как правило, изображению несложных сцен быта французского третьего сословия.
В.Белявская и Ц.Несселынтраус, члены авторского коллектива «Истории искусства зарубежных стран» (Москва, «Изобразительное искусство», 1988) утверждают, что Шарден стал первым французским художником, который перенес на свои полотна образы представителей третьего сословия.
Сюжеты жанровых картин Шардена лишены драматизма или повествовательности. В большинстве случаев это изображение мирного, неторопливого домашнего быта: мать с детьми, читающие молитву перед скромной трапезой («Молитва перед обедом», 1744), прачка, стирающая белье, и примостившийся около кадки ребенок, пускающий мыльные пузыри («Прачка»), мальчик, усердно складывающий карточный домик («Карточный домик»). Все это является типичными сюжетами картин мастера.
«История искусства зарубежных стран» называет Шардена одним из создателей реалистического портрета. Авторы «Истории» свидетельствуют, что портретам Шардена совершенно чужды декоративные эффекты и показные позы, отличающие портреты придворных художников. Они просты по композиции и сдержаны по колориту.
Исключающий всякую идеализацию, правдивый и точный в характеристиках Шарден в то же время всегда подчеркивает моральное достоинство своих моделей; утверждение человеческой личности, столь характерное для века Просвещения, лежит в основе этих внешне непритязательных работ художника.
Во второй половине XVIII столетия большим успехом стали пользоваться так называемые художники-дидакти-сты. Главой этого течения во французском искусстве стал Жан-Батист Грез.
К наиболее известным его работам относятся такие как «•Отец семейства, объясняющий своим детям Библию» и «Деревенская невеста». В этих чувствительных сюжетах Грез восхваляет семейные добродетели.
«Вот поистине мой художник, это Грез», — писал Дидро, разбирая картину Греза «Паралитик или Плоды хорошего воспитания».
В своем журнале «Салон» Дидро, как мы помним, мечтал о создании нравоучительной живописи. Именно потому он гак восхищался «Паралитиком», ибо живопись наравне с драматической поэзией должна «нас трогать, поучать, исправлять и побуждать к добродетели».
Грез изобразил трогательную и поучительную сцену: больной, прикованный к постели старик окружен многочисленными заботливыми детьми, которые стараются облегчить его участь.
Однако наибольший успех к Грезу пришел благодаря его изображениям женских головок, именно они пользовались особой популярностью.
ГЛАВА 8
Кто бы мог предположить, что блестящая эпоха Ренессанса в Италии сменится периодом феодальной реакции? Однако случилось именно так.
Авторы «Истории Италии» (Москва, Издательство «Наука», 1970) датируют начало упадка второй половиной XV века, XVIII же столетие стало периодом наиболее глубокого кризиса.
Это не было случайностью, а явилось неизбежным результатом целого ряда неблагоприятных внутренних и внешних факторов, как экономических, так и политических.
Отсутствие единого внутреннего рынка Италии, неравномерность экономического развития районов, политическая раздробленность оказали пагубное влияние на всю дальнейшую судьбу страны.
