Производство пальчиковых радиоламп тоже пока испытывало определенные трудности, связанные с переоборудованием технологических линий. Но, по крайней мере, требуемые производственные цепочки казались более понятными и проще реализуемыми. Ведь предстояло, фактически, наладить миниатюризацию уже имеющихся радиодеталей. Вместо крупных радиоламп с хрупким стеклянным баллоном предполагалось изготавливать маленькие и гораздо менее хрупкие. Если первые потребляли для накала катода мощность в 4 ватта, то вторые при тех же выходных параметрах потребляли мощность вдовое меньшую, что давало существенную экономию емкости автономного источника питания. Например, рация на новых лампах могла работать от аккумулятора вдвое дольше, чем на старых.
Да и конструктивно пальчиковые лампы соединялись с электронной схемой не контактными колпачками, которые расшатывались от времени и покрывались окислами, а проволочными выводами, что позволяло впаивать их намертво, сокращая до минимума негативное воздействие внешней среды. К тому же, команда специалистов радиолаборатории «Арсенала» разрабатывала и более миниатюрные лампы в металлических корпусах. И даже совсем маленькие, размером с транзисторы. Как помнил Саша, подобные изделия потом назовут нувисторами. Они еще лучше подойдут для жестких условий военной эксплуатации и будут применяться даже в ракетной технике.
Когда Саша под видом разведывательной информации о немецких разработках излагал своему родственнику Леше Добрынину сведения о технике будущего, то делал упор именно на военном применении. Он хорошо знал, что большинство советских высокопоставленных военачальников особого интереса к миниатюризации электронных компонентов почти не проявляли до начала полетов в космос. Ведь начальство полагало, что всегда найдется какой-нибудь здоровенный солдат, который потащит тяжелую радиостанцию, второй потащит тяжеленный аккумулятор, а третий возьмет на себя громоздкую антенну, чтобы тащить ее на горбу в разобранном виде, а собирать только на том месте, откуда прикажут установить связь. А, если одного из этих троих бойцов убьют или ранят по дороге? Вот и получилось, что со связью в РККА все оказалось к войне очень плохо. А ведь миниатюризация этой сферы позволяла не только разгрузить солдат-радистов, но и значительно уменьшить материалоемкость, а также экономить электроэнергию.
Да и применение компактных радиостанций позволило бы насытить ими войска, тем самым значительно упростив управление воинскими соединениями. И вот теперь коллектив радиоинженеров на «Арсенале» разрабатывал еще и перспективные сверхминиатюрные радиолампы в металлических корпусах, выдерживающие перегрузки и предназначенные не только для усиления сигналов или генерации, но и для радиовзрывателей. Талантливые специалисты, следуя описаниям, предоставленным Александром под видом разведывательных сведений, пытались создать нечто вроде простейшего радиолокатора, реагирующего на отражение сигнала от различных поверхностей, например, от вражеских самолетов. И, если удастся такое устройство засунуть в снаряд, то это сильно поможет уменьшить расход боеприпасов, необходимых для поражения воздушных целей зенитками. И не только. Возможности для применения боеприпасов с дистанционным подрывом открывались достаточно широкие.
Талантливый коллектив инженеров-энтузиастов, собранный на «Арсенале» директором завода Алексеем Добрыниным и пользующийся «подсказками» Александра Лебедева, обеспечивал быстрый прогресс советской электроники. Но, ни о каком бытовом применении всей этой новой элементной базы пока даже не думали, хотя оно как бы напрашивалось. Вот только об этом потом станут рассуждать советские радиоинженеры. Уже после войны. А пока все делалось только для фронта и для победы.
После посещения радиолаборатории и электронного цеха завода «Арсенал», Берг был в восторге от новых возможностей, открывавшихся для его любимой радиотехнической отрасти. Ведь он убедился, что ее поддержка теперь шла с самого верха. Директора оборонных заводов уже знали, что сам товарищ Сталин в последнее время проникся идеями скорейшего и повсеместного внедрения радиосвязи, радиолокации и автоматизации во все рода войск. Новые радиозаводы создавались по всей стране. Но, больше всего Берга радовало, что теперь он тоже получил доступ к новейшим компонентам для радиотехники, а значит, полет его конструкторской мысли набирал новую высоту. А тут еще Александр подбросил Акселю Ивановичу идею ламповой электронно-вычислительной машины с вводом и выводом данных на магнитной ленте. Ведь свой первый ENIАС, электронный цифровой интегратор и вычислитель на радиолампах, американцы сделали уже в 1945-м, а Советский Союз запустил в работу свой первый компьютер МЭСМ, малую электронно-счетную машину, только в 1951-м году. Теперь же появлялись шансы не допустить отставания и в этой важной области.