Я посмотрела на причал. Родители, обнявшись, наблюдали за нами. Папины руки обвились вокруг маминой талии словно канаты. Возможно, именно этого нам не хватало. Возможно, теперь все станет как раньше.
– Айла?..
Марлоу шевелила руками туда-сюда, наблюдая, как вода выписывает круги между ее пальцами.
– Думаю, зубная фея любит путешествовать, – улыбнулась я и окунула ее в воду.
В первый вечер Мони приготовила ребрышки в соевом соусе с кунжутным маслом, коричневым сахаром и кусочками груши – для большей мягкости. Она выложила ребрышки на продолговатую тарелку, и папа зажарил их на гриле.
–
Марлоу делила со мной мою старую кровать, которая теперь казалась намного меньше. Почти соприкасаясь головами, мы наблюдали через окно за огоньками светлячков над травой, пока наши глаза окончательно не слиплись.
Утром родители взяли нас кататься на каяках. Махнув на прощание рукой, Мони устроилась на террасе в большом красном кресле с кружкой горячего кофе. Стелющаяся над водой дымка дарила восхитительное ощущение оторванности от всего мира. Каяки скользили по водной глади как водомерки, грациозно и бесшумно, оставляя за собой лишь легкую рябь. Мы несколько раз забросили удочки; наконец у мамы клюнуло. Она вытащила пятнистую форель – та билась в ее руке, пытаясь вырваться на свободу.
Сверкнуло лезвие рыбацкого ножа. Покрепче ухватив рукоятку из слоновой кости, мама начала резать леску и случайно задела мясистую часть рыбьей головы. По ладони потекла кровь. Мама уставилась на нее как зачарованная.
Больше в то утро никто ничего не поймал.
Когда мы вернулись на причал, уже вовсю светило солнце, и горячие лучи припекали кожу. Я провела весь день, лежа на надувном круге и лениво шлепая по воде руками. Мони отругала меня за то, что я так долго была на улице. Верхняя часть спины обгорела на солнце. Мони смазала ее соком алоэ и велела мне сидеть в тени, а сама пошла вздремнуть.
Сидя под деревом, мы с Марлоу играли в игру: одна из нас по-паучьи перебирала двумя пальцами по внутренней стороне руки, а другая с закрытыми глазами должна была угадать, когда пальцы доберутся точно до середины. При каждой неудачной попытке мы хихикали и толкали друг друга локтями.
Когда настала моя очередь закрыть глаза, я услышала мужской голос:
– Патрик! Сколько лет, сколько зим!
– Как дела, Винс? Или мне по-прежнему называть тебя шерифом?
– Нет. Я не на службе.
Я никогда не видела шерифа Ванденберга без формы. На нем были шорты цвета хаки длиной почти до колена и желтая рубашка поло с короткими рукавами.
– Принести вам чего-нибудь выпить? – спросила мама.
– Нет, спасибо. Просто решил заскочить и поздороваться. Услышал, что вы снова в городе.
– Да, наконец-то решили вернуться. Я всегда забываю, как тут красиво.
Взрослые повернулись к нам с Марлоу. Вот из-за кого на самом деле приехал шериф. Посмотреть на чудо-девочку, которая теперь стала частью семьи.
– Ого! Так выросла. Вы сделали доброе дело. – Шериф упер одну руку в бедро, выставив локоть. Другую он держал в кармане.
Марлоу медленно встала и посмотрела на него твердым немигающим взглядом.
– Привет, Марлоу. Помнишь меня?
Она не повела бровью.
Шериф вытащил руку из кармана, потирая пальцы. Похоже, присутствие Марлоу его нервировало.
– Марлоу. Где твои манеры? Поздоровайся, – велел папа и неловко усмехнулся.
Марлоу еще на мгновение задержала взгляд на госте, а затем расплылась в парадной улыбке.
– Здравствуйте.
– Шериф Ванденберг помог нам… и тебе в ту ночь, когда тебя нашли, – осторожно сказала мама. – Возможно, ты не запомнила.
– Ничего страшного, – добавил папа.
– Конечно. Рад видеть, что у тебя все хорошо. – Шериф Ванденберг шмыгнул носом и покосился на родителей.
Они повели гостя в дом, обмениваясь замечаниями насчет чудесной погоды и прочими светскими любезностями. Вскоре обрывки их разговора затихли в доме. Марлоу вновь уселась рядом со мной и продолжила нашу игру, хотя несколько примолкла. Молчаливая Марлоу. Затем она сунула два пальца в рот и вытащила зажатый между ними маленький зуб.
Через несколько дней, во время завтрака, Марлоу спросила о водопаде Ковет.
Папа отправил в рот кусочек яичницы и медленно прожевал.
– Почему ты спрашиваешь?
– Айла сказала, вы раньше туда ходили. Это ведь недалеко от коттеджа?
Прежде чем ответить, папа мельком взглянул на меня.
– Да. Но тогда со мной была только одна маленькая девочка, за которой нужно присматривать. Там много скользких камней, где можно упасть. Тебя это тоже касается.
Он ткнул вилкой в мою сторону и потянулся за соусом.
– Мы будем хорошо себя вести. И глядеть в оба. Правда, Айла? – Марлоу умоляюще посмотрела на меня.
– Насколько помню, там не так уж опасно, – вставила я.
– Ты была еще совсем маленькая.
– Ну пожалуйста, папочка! – взмолилась Марлоу. – Я тоже хочу посмотреть водопад!
