Если любитель фонарей никак на это не отреагировал, сильно занятый делом, то второй собрат к предложению отнесся с опаской, справедливо подозревая, что никто в здравом уме его в свою машину не посадит, тем более в такую, как у Берсеньева. Он что-то глухо возразил, но Леха наконец смог Подняться на ноги и заверил его, что Берсеньев друг, причем близкий. Они вновь ухватились за сопротивлявшегося товарища и вновь не преуспели. Леха, боясь, что Берсеньев уедет, терял терпение и готов был бросить приятеля, на что второй полутрезвый укоризненно ему выговаривал. Точку в затянувшемся Споре поставил Сергей Львович, утомившись ожиданием, он направился к фонарю, рванул на себя Мужика, тот отпал, как засохшая ветка, Берсеньев поволок его к машине, точно нашкодившего кота, и Легко забросил на заднее сиденье. Двое сели сами. В Лехиной душе боролись разные чувства, отражаясь на физиономии: гордость, что в друзьях у него тип вроде Сергея Львовича, и легкая паника.
— Куда? — спросил Берсеньев, и гордость в Лехе перевесила. Он начал путано объяснять, заодно поведав о превратностях этого дня, в результате которого они оказались в столь бедственном положении.
Берсеньев слушал и поддакивал, Леха, видя такое расположение, решил рискнуть:
— Слушай, у тебя деньжат не найдется… взаймы?
Берсеньев взглянул из-под очков, и Леха тут же заинтересовался пейзажем за окном.
Мы доставили их к типовой пятиэтажке, Леха рассыпался в благодарностях и полез из машины.
— Сидеть, — скомандовал Берсеньев и обратился ко мне: — Покажи ему фотографию.
Я достала снимок и протянула Лехе.
— Узнаешь?
— Узнаю, — обрадовался он, бережно взяв лист бумаги двумя руками. — Это Верка, царство ей небесное… убили Верку-то… — вытаращил он глаза. — Вот так… теперь родня ее нагрянет и квартиру, и машину — все отберут, а мне только кредит останется, выплачивай, Леха, как знаешь…
— Тебя менты допрашивали?
— Почто мне с ними встречаться, я вот у Вовы пока поживу… мало мне кредита, еще и посадят неизвестно за что… Соседка мне позвонила, я сразу ходу… вот скажи, чего Верке было на даче делать в такую пору? А вы… — Тут в его пьяной голове что-то срослось, и он испугался по-настоящему, должно быть, заподозрив нас в злодействе. — Мужик, я — молчок, ни слова… никогда не видел, и все такое…
— Дурак, — с грустью констатировал Берсеньев и был, конечно, прав. — Отправляйся домой и не вздумай от ментов прятаться, а то и правда убийство пришьют.
— А ты?
— И я домой. Только не пойду, а поеду. И молчать обо мне никакой надобности нет, к Верке твоей мы приезжали по просьбе Одинцова, пригласить ее на сороковой день.
— Не дожила она, — простонал Леха, сглотнув слезу.
— Давайте вернемся к фотографии? — внесла я разумное предложение. Леха покорно на нее уставился.
— Верка, царство ей небесное, и Ирка тоже… вот она. Это надо ж, ни с того ни с сего…
— Больше никого не узнаешь? — спросил Берсеньев.
— Третью бабу ни разу не видел, и мужиков…
— Посмотри внимательней, он сейчас старше лет на семь…
— Ба… — ахнул Леха. — Да это ж чернявый… тот, что к Верке шастал…
— Точно он?
— А то… морда наглая…
— А я его знаю, — вдруг заявил приятель, уже некоторое время с интересом рассматривая фотографию в Лешкиных руках. — То есть, как звать, не помню, он у Викторыча работает, слесарем… вспомнил, Андрюхой его зовут.
— Смотри, Вован, тут дело серьезное, — некстати зашипел на него Леха.
— Что за Викторыч? — спросил Берсеньев.
— Так это… мужик… держит автосервис возле старой пожарки…
— Как ее найти?
— А чего искать-то? Едешь прямо, на светофоре свернешь, и вот она, пожарка… а дальше вывеска «Автосервис».
Я взяла фотографию из рук Лехи, тот шустро выпорхнул, обежал машину и принялся вытягивать успевшего уснуть товарища. Через минуту оба опять кувыркались в снегу. Вова степенно вышел сам, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Досматривать представление мы не стали и отправились в указанном направлении. Свернули на светофоре, увидели старое здание пожарки с каланчой и, проехав еще метров триста, уперлись в одноэтажное сооружение с надписью «Автосервис». Ворота были приоткрыты, что меня порадовало. Мы подошли и заглянули внутрь. Двое мужчин в промасленных комбинезонах возились с темно-синим «Опелем». Тут я слегка забеспокоилась. Предположим, Андрей здесь, как мы объясним свое появление? А оно его, безусловно, насторожит, если бывшему однокласснику есть что скрывать.
Я потянула Берсеньева за рукав, с намерением уединиться и выработать план действий, но он уже громко произнес:
— Здорово, мужики.
Оба без особого интереса посмотрели в нашу сторону и кивком поздоровались. Андрея среди них не было. В тот момент я не знала, является ли это безусловной удачей или, напротив, следует огорчиться. Один из мужчин направился к нам, вытирая руки грязной тряпкой.
— Андрей Дыбенко здесь? — спросил Берсеньев.
— Зачем он вам? — вроде бы удивился мужчина.
— Компьютер в тачке барахлит, сказали, он в этом хорошо разбирается.
— Вот уж не знаю, — покачал головой мужчина. — А кто сказал-то?
— Знакомый.
— Андрюха тут больше не работает. — Давно?
— Ну… больше месяца.
— А где его найти?
