– Да я не об этом, просто… – Я прикусила губу.
– Понимаю. Уверена, что вы сможете быть друзьями, – поправила она себя, хотя вполне убежденной не выглядела. – Тем более вы оба изменились.
– Аксель изменился? – Я подняла бровь.
– Мы все меняемся со временем, ты так не думаешь?
У меня были сомнения. Серьезные, большие сомнения. Затем в голову мне пришел вопрос, который я за последние недели уже несколько раз оттуда вытесняла. И я чувствовала себя ужасно, просто думая об этом; любопытство тихонько постукивало во мне, будто хотело привлечь мое внимание.
– Не знаешь, он… он за это время?.. Неважно. Забей.
– Встречался ли Аксель с кем-нибудь? – догадалась Блэр.
Страх охватил меня: я испугалась того, что моя подруга может так хорошо читать меня, и с ужасом подумала о том, кто еще на это способен.
Мне захотелось встать и убежать оттуда, от воспоминаний и от мысли о том, что все так предсказуемо.
– Девочки, ужин готов! – нараспев произнес Кевин.
Я тут же встала, стараясь избежать пронзительного взгляда Блэр. К счастью, остаток вечера прошел спокойно, без острых тем и трансцендентальных разговоров. Как обычно, общение с Кевином было настолько приятным, что не успела я опомниться, как уже ела десерт и облизывала губы после очередной ложки лимонного мусса.
При мысли о том, что в некотором смысле Кевин похож на Лэндона, у меня кольнуло в животе. Они оба были веселыми, оптимистичными людьми, понятными парнями – открытыми, терпеливыми и простыми. Я упустила шанс получить то, чем сейчас наслаждается Блэр: комфорт, уверенность в том, что твоя жизнь будет похожа не на американские горки с их взлетами и падениями, а на плавную поездку, которой можно наслаждаться не пристегиваясь.
Блэр проводила меня до двери, пока Кевин наводил порядок на кухне. Мы еще раз обнялись на прощание, долгие, теплые объятия тронули меня.
– Ты выглядишь такой счастливой… И ты это заслужила. Ты была права, не позволив Кевину уйти, Блэр. Он смотрит на тебя взглядом, о котором мечтает любая.
Моя подруга медленно улыбнулась и провела большими пальцами по моим щекам. Я не сразу поняла, что начала плакать.
– Клянусь, иногда я не знаю, что, черт возьми, со мной происходит: я как эмоциональная губка, это ужасно.
– Умение чувствовать себя так, как чувствуешь ты, не ужасно.
– Ну, раз ты так говоришь… – засмеялась я сквозь слезы.
– Ох, Лея, иди сюда. – Она снова обняла меня.
Улыбнувшись ей, я пошла. Когда я возилась с замком на белом штакетнике, голос Блэр ворвался в ночную тишину:
– Если тебе интересно, я не видела его ни с кем все эти годы.
Я посмотрела на нее, сглотнув. И тут же ушла.
Неспешной походкой я возвращалась в хостел, наслаждаясь Байрон-Бей, звездным небом и ощущением чего-то родного, омывавшим меня с каждым шагом. Поднявшись к себе в комнату, я приняла душ, надела пижаму и легла на кровать. Порылась в сумке в поисках клубничного леденца и, сунув его в рот, взяла телефон.
– Я тебя разбудила? – спросила я, как только Лэндон взял трубку.
– Нет, я валяюсь. Как дела?
Почему-то, несмотря на то что мы разговаривали несколько часов назад, у меня было ощущение, что мы не общались уже несколько дней. И мне не понравилась эта мысль.
– Хорошо. Ужинала с Блэр и Кевином.
– Как ты себя чувствуешь, вернувшись домой?
– Странно, – призналась я. – С одной стороны, это все еще дом. Но с другой – я так давно здесь не была, что кажется, будто я потеряла счет времени и всему остальному… У тебя такого не бывало? Как когда уезжаешь в путешествие и забываешь, какой сейчас день недели.
Лэндон засмеялся, и мне понравился этот звук. Я устроилась в постели поудобнее, прислонившись спиной к подушкам и натянув на себя простыню.
– Пожалуй, я понимаю, что ты имеешь в виду. Это нормально.
– Расскажи мне, как твой день, – попросила я, потому что мне почему-то не хотелось так скоро бросать трубку, его голос успокаивал.
– Ну… работа, работа и работа.
– Как весело, – пошутила я.
– Да. В любом случае, думаю, мне пора спать.
– Конечно. Отдыхай, Лэндон.
– Ты тоже, красотка.
– Доброй ночи.
Я оставила телефон на прикроватной тумбочке, перекатилась в постели и свернулась калачиком, закрыв глаза.
Я пришел в галерею на нервах, потому что в тот день все было иначе. Пробуждение с осознанием того, что Лея находится в Байрон-Бей, все меняло. В то утро я был немного не в себе во время сёрфинга и несколько раз падал с доски, поэтому по дороге на работу зашел в кафе и попросил Джастина налить мне крепкого кофе. Это была паршивая идея, потому что вскоре у меня начала болеть голова.
– Ну и лицо у тебя… – усмехнулась Сэм.
– Давай, говори, – закатил я глаза.
– У тебя такое же выражение лица, как у моих детей на Рождество перед тем, как они откроют подарки под елкой. Иди сюда, дай мне поправить воротник твоей рубашки. Ты что, не умеешь пользоваться утюгом?
– Нужно отвечать?
– Мне следовало догадаться.
