— Это да, — француз поднялся на ноги и уже собрался уходить, как вдруг услышал позади какой-то звук, напоминающий звук сломанной ветки и сразу же насторожился. Ангел с минуту вглядывался в темноту, но так никого и не заметил. — Белка?
Бальтазар решил, что ему могло показаться в связи с бессонницей и постоянным напряжением, которое царило теперь везде и всюду. Ангел направился обратно, не догадываясь, что их разговор подслушивали и прямо сейчас уже докладывают об этом Михаилу.
***
— Что значит я должна остаться здесь?! — кричала Стейси, швыряя в Рафаила всем, что попадалось ей под руку.
Её утро не задалось с момента её пробуждения. Рафаил сказал, что ей нельзя будет покидать свою комнату до конца этого дня, а по плану, который они придумали с Норой вчера, ей необходимо было дойти до озера и оттуда начинать звонить Чаку, ведь именно у озера защита Михаила слабее всего.
— Я… должна там быть, — процедила девушка.
— Тебе не стоит смотреть на то, как Люцифера запирают в клетке, — спокойно отвечал ей архангел, поправляя свой пиджак.
— Но Нора там будет!
— Да… Михаил так распорядился.
Архангел вышел, не сказав больше не слова, а Стейси сразу же рванула к окну, пытаясь открыть ставни балкона, но как бы она не старалась ничего не получалось. Всё начинало идти не так, всё, что они придумали рушилось прямо у них на глазах, прямо как надежда на светлое будущее.
В голову Стеше врезалась мысль, что кто-то выдал их. А если это так, то Нора ещё в большей опасности, чем она. Гнев Михаила упадёт если не на неё, то на Гавриила, который и так один из участников «мероприятия». Если он умрёт — для Норы это будет тоже самое. Что так, что так варианты развития событий были слишком печальными. Даже трагичным.
Взяв себя в руки и задушив трепыхающийся страх, блондинка взяла табурет и со всей силы, швырнула его в окно, разбивая стекло на осколки. Усмехнувшись про себя, Стеша осторожно выскочила на балкон, замечая, что внизу вместо привычного небольшого садика с цветами, находится огромная арена. Она была точно такая же, как показывали в документальных фильмах про сражения в Риме, но вместо ликующих зрителей — запуганные и измождённые ангелы, которые с ужасам смотрели, как сходятся в битве их братья.
С одной стороны Гавриил, а с другой Уриил, который ничем не уступал архангелу. Подняв глаза, Стейси с ужасом взглянула на Нору, стоящую рядом с Михаилом, который сидел в кресле, подобно императору и смотрел с ядовитой ухмылкой на происходящее на арене.
— Твою мать, — Стеша начала рвать длинный подол платья, который будет только мешать. Она ещё раз взглянула на подругу, которая была одета в чисто-белое платье. Этот наряд, словно специально надели на девушку, показывая её синяки на шее, руках и ключицах. — Держись, я сейчас.
Внизу раздавался истерический лязг металла и голоса снующих туда-сюда приспешников Михаила, которые следили, чтобы никто не смог покинуть арену, пока директор не разрешит. Жалкие крысы. Трусы!
Стеша по карнизу перебралась на соседний балкон, который к счастью, был открыт и она беспрепятственно вошла в чью-то комнату.
— Стейси… — чужой еле слышный хрип заставил девушку моментально обернуться. Глаза сразу же обнаружили лежащего в собственной крови между стеллажами книг Метатрона. Писарь с трудом мог размокнуть окровавленные губы не то, чтобы самостоятельно подняться. — Не… дай… — он зашёлся хриплым кашлем, отхаркивая сгустки крови. — Нел… Нельзя, чтобы Лю… Люцифер попал в клетку!
— Что?! — девушка осторожно потрепала Писаря по щекам. — Что случится?!
— Если Люцифер окажется в этой клетке — его душа разорвётся на части и он перестанет существовать.
Этих слов хватило, чтобы сердце Стейси рухнуло вниз и разорвалось на части. Девушка не помнила, как вылетела из комнаты Писаря, как расталкивала служащих Михаила, которые пытались схватить беглянку, и как оказалась на там самом балконе, где стояли Нора и держащий её за волосы Захария.
— О, ты тоже здесь? — сладким голосом пропел серафим. — Ты как раз вовремя.
Стейси подбежала к краю балкона и взглянула вниз: в самом центре стояла огромная клетка, больше напоминающая здоровенный ящик из меди, а рядом Михаил и Люцифер. Руки Дьявола были закованы в толстые цепи, а голова низко опущена.
— Смотри-смотри, — Захария тыкал Нору в другую сторону арены, где по-прежнему бился Гавриил. Младший архангел уже выдохся и на его лице красовались глубокие тоненькие ранки. — Будет тебе уроком!
Когда дверцы клетки раскрылись, Стеша сжала в своей ладони маленький камушек и впервые за всю свою жизнь она начала молиться. Она знала, что Чак её не услышит, что всё уже давно потеряно, но губы шептали сами собой, как и слёзы срывались сами по себе без остановки. Сердце гулко билось в груди, желающее покинуть свою клетку и метнуться туда, к нему.
— Пожалуйста… — девушка уже глотала собственные слёзы, протягивая свою руку к такому далёкому Люциферу, желая прикоснуться к нему ещё хотя бы разочек. — Пожалуйста спаси его… Спаси нас всех, пожалуйста! Пожалуйста!
