Это произвело на Беннета впечатление, однако он возразил:
– Я же не говорил, что вы не можете их видеть. Можете. Кто угодно может. Но только в конторе лиги. Отправляйтесь туда сами.
– Какая чушь! Взгляните на меня.
– Не вижу ничего особенного. Аэроплан вас выдержит.
– Нет. – Вульф содрогнулся. – Ни за что не выдержит. В этом вы тоже можете на меня положиться. Нелепо ожидать, что я полечу на самолете. Черт побери, сначала вы отказываетесь нарушить пустяковое правило, а потом у вас хватает легкомыслия предложить… Вы когда-нибудь летали на самолете?
– Нет.
– Тогда, прошу вас, попытайтесь хоть раз. Это незабываемое ощущение. Вам понравится. Мне говорили, что мистер Стертевант очень надежный и искусный пилот и что у него первоклассная машина.
Это в конце концов и решило все споры – возможность бесплатно прокатиться на самолете. Через пять минут Беннет сдался. Он записал, что́ нужно Вульфу, сделал несколько телефонных звонков и был готов к полету. Вдвоем мы отправились на летное поле. Пошли пешком, благо оно располагалось рядом с ярмаркой, а Беннет хотел заглянуть по дороге в павильон гернсейского скота.
Нас встретил Стертевант, симпатичный паренек в замасленном комбинезоне, который разогревал мотор маленького, выкрашенного в желтый цвет биплана. Беннет вскарабкался в кабину. Я на всякий случай отошел подальше, наблюдая, как самолет покатил по полосе, развернулся, стремглав промчался мимо меня и взмыл в воздух.
Я подождал, пока он завернет на восток, а потом направился в методистскую закусочную, где условился встретиться с Вульфом. Я предвкушал, как запущу свои зубы в фрикасе, для которого в моем желудке оставалось достаточно места после казенного завтрака.
Как оказалось, Вульф уже наметил для меня определенную программу действий. Несмотря на все разговоры о нарушении правил, собственное правило – никаких разговоров о делах во время еды – он соблюдал неукоснительно, так что мы не очень утруждали себя беседой. Когда же мы покончили с пирогом и нам подали кофе, Вульф уселся поудобнее и начал излагать свой план.
Мне предстояло отправиться на машине к Осгудам, принять ванну и переодеться. Поскольку дом заполнили прибывшие на похороны родственники, следовало привлекать к себе как можно меньше внимания. И по возможности не попадаться на глаза Осгуду, по-прежнему подозревающему, что это я свел его дочку с родичем ненавистного Пратта. Затем я должен был собрать наши вещи, отнести их в машину, залить в ее утробу бензин, масло и прочее и доложить об исполнении Вульфу, который намеревался ожидать меня в той же комнате в павильоне дирекции ярмарки и куда не позднее трех часов рассчитывал прибыть Беннет.
– Как упаковать вещи? – спросил я, потягивая кофе.
– Мы поедем домой. Домой!
– Остановки будут?
– Заедем к мистеру Пратту. – Он глотнул кофе. – Кстати, чуть не забыл. Первое: у тебя есть с собой записная книжка или что-нибудь в этом духе?
– Есть блокнот. Самый обычный.
– Можно мне его взять? И твой карандаш тоже. Спасибо.
Он засунул блокнот с карандашом в карман.
– Второе: мне нужен умелый, надежный лгун.
– К вашим услугам, сэр. – Я ударил себя в грудь.
– Нет, не ты. Вернее, он мне нужен в дополнение к тебе.
– Другой лгун, помимо меня? Обычный или особенный?
– Обычный. Но наш выбор ограничен. Он должен быть из той троицы, что присутствовала в понедельник, когда я стоял на валуне.
– Что ж, – в задумчивости я закусил губу, – ваш приятель Дейв вполне сгодится.
– Нет. Это исключено. Только не Дейв.
Вульф приоткрыл глаза.
– А как насчет Лили Роуэн? Кажется, она дружески настроена. Особенно с тех пор, как посетила тебя в тюрьме.
– Черт побери! Откуда вы знаете?
– Догадался. У твоей телефонной матери был ее голос. Мы еще обсудим это по приезде домой. Раз ты предложил ей идею этого представления, то должен был с ней говорить. Заключенных не подзывают к телефону, значит, звонить тебе она не могла. Остается только одно: она тебя навещала. И раз вы так дружны, уверен, она тебе не откажет.
– Я не люблю использовать свое обаяние в деловых целях.
– Она пойдет на ложь?
– Конечно, черт возьми! А почему нет?
– Это очень важно. Можем мы на нее положиться?
– Целиком и полностью.
– Тогда договорись с ней, чтобы начиная с трех часов она ждала тебя у Пратта. – Он заказал еще кофе и заключил: – Уже второй час. Мистер Беннет скоро будет в Фернборо. У тебя остается мало времени.
Я допил кофе и вышел.
Дела пошли как по писаному, но прохлаждаться было некогда. Первым делом я позвонил в дом к Пратту. На счастье, Лили оказалась там, так что с ней я все уладил. Затем я полетел сломя голову к Осгуду и, войдя с черного хода, благополучно избежал встречи с папашей. Наверное, меня все равно бы не заметили: дом кишел людьми, как павильоны на ярмарке. Прибыло около сотни машин, поэтому мне пришлось припарковаться на значительном удалении от дома и, естественно, перетаскивать вещи самому.
Панихида началась в два часа. Когда я уходил, из дома доносился голос священника, молившегося за упокой души Клайда Осгуда, который одновременно выиграл и проиграл пари.
