– Вы спросили, что у меня есть еще, – продолжал Вульф. – Если вы имели в виду доказательства, то, повторяю, никаких других доказательств не потребуется. Если вы хотели, чтобы я подсластил вам горечь поражения, то пожалуйста. Вы все прекрасно продумали. Не случись здесь меня, вас бы никто никогда не заподозрил.
Вульф снова сплел пальцы на животе. Я положил пистолет в карман и сел.
– Как уже говорил, еще в понедельник я заподозрил, что в загоне другой бык, а не чемпион Цезарь. Когда Клайд предложил Пратту заключить пари, что тот не зарежет Цезаря, это дало мне повод для размышлений. Я призадумался. Каким образом Клайд намеревался выиграть пари? Выкрав быка и спрятав его? Невероятно: быка охраняли, да и где его спрятать? Заменить быка другим, менее ценным? Более вероятно, но все равно невыполнимо: быка охраняли, и к тому же подмена была бы раскрыта, тем более что там находились вы. Я взвесил другие возможности. Одна разгадка прямо напрашивалась: в загоне был не Цезарь, и Клайд заметил это. Он только что побывал возле загона, у него имелся бинокль, и он разбирался в скоте. Я решил, что разгадал эту маленькую тайну, и выбросил дело из головы, поскольку оно меня не касалось.
Когда в понедельник ночью мы сбежались на выстрелы мистера Гудвина, это по-прежнему меня не касалось. Но загадка стала еще более хитрой и вызвала у меня профессиональный интерес. Я осмотрел быка, нашел орудие убийства, вернулся в комнату и удовлетворился тем, что перебрал все возможные варианты. Конечно, я это делал только для собственного удовольствия. Если в загоне был не Цезарь, то вы, безусловно, об этом знали и, следовательно, обманули Пратта. Каким способом и с какой целью? Цель – получить сорок пять тысяч долларов. Способ – продажа взамен Цезаря другого, менее ценного, но похожего быка. Но тогда где же Цезарь? Вы бы сильно рисковали, если бы оставили его у себя после того, как официально он был продан, зажарен и съеден. Вы не могли бы назвать его Цезарем. Что, если бы он попался кому-нибудь на глаза? Вы не могли открыто им владеть. Никто не мог. Цезарь был мертв.
Вульф сделал паузу и спросил:
– Цезаря уже не было в живых, когда вы получили сорок пять тысяч от Пратта?
Макмиллан, обхватив голову руками, не шелохнулся и не издал ни звука.
– Конечно, он был мертв, – продолжал Вульф. – Издох от сибирской язвы. Пратт говорил, что в первый раз предложил купить у вас Цезаря для своего дурацкого барбекю больше двух месяцев назад и вы с негодованием отказались. Затем началась эпидемия сибирской язвы, и ваше стадо почти все полегло. Однажды утром вы обнаружили, что Цезарь издох. Отчаяние подсказало вам гениальную идею. Букингем, похожий на Цезаря почти как две капли воды, но не стоивший и малой толики того, что стоил Цезарь, оставался жив и здоров. Вы объявили, что Букингем издох, и предложили Пратту купить Цезаря. Провести таким способом скотовода вам бы не удалось, но Пратту от этого мошенничества не было бы вреда: мясо зажаренного на вертеле Букингема не хуже мяса Цезаря.
Неожиданно приехал Клайд, который разбирался в скоте, и обнаружил подмену. Вы это заподозрили, когда он предложил пари. Вы проводили его до машины и после разговора с ним укрепились в своих подозрениях. Вы уговорились встретиться с ним позднее и все обсудить. Вечером, когда все думали, что вы спите у себя наверху, вы незаметно покинули дом и встретились с Клайдом. Вы понимаете, что это только мои предположения. Клайд сообщил, что знает о подмене, и намерен о ней заявить, чтобы выиграть пари. Вам это грозило позором и разорением.
Возможно, он предложил вам компромисс. Например, вы даете ему двадцать тысяч из денег, вырученных за быка, половину Клайд выплачивает Пратту за проигранное пари, а другую оставляет при себе – как и вашу тайну. Но вы оглушили Клайда и вознамерились обставить дело так, будто его забодал бык. Увидев бычьи рога в понедельник ночью, я заподозрил, что их испачкал кровью тот, кто совершил убийство. Вам следовало проделать это тщательнее, но вы торопились: надо было еще вымыть кирку и незамеченным пробраться в дом. Ведь вы не знали, когда будет обнаружено тело, через пять минут или через пять часов…
Вульф приоткрыл глаза.
– Я вам не надоел? Может быть, хватит?
Ответа не было.
– Ладно. В понедельник ночью я решил, что все обстоит именно таким образом, но меня это не касалось. Однако все изменилось, когда я принял предложение мистера Осгуда расследовать смерть Клайда. Тогда мне казалось, что я справлюсь с задачей за несколько часов. Всего-то и требовалось – найти два доказательства для подтверждения моей версии. Для этого следовало, во-первых, расспросить, не видел ли вас кто-нибудь из тех, кто был в ту ночь в праттовском доме. Если бы выяснилось, что вы не выходили из дома, например, если бы кто-то находился в вашем обществе и подтвердил ваше алиби, то мне пришлось бы искать другую разгадку. Во-вторых, надлежало установить, что за бык находился в загоне.
