Проснулся я от звона колокольчиков. Клевало сразу на двух донках. Уже было достаточно светло, и над водой стелился густой туман. Железнодорожного моста через Оку видно не было. Я подсек одну, потом другую донку и поочередно взял с каждой по подлещику.
— Начало есть! — прошептал я. — Видимо, Витюшин сон в руку.
Потом зазвонил колокольчик соседа, но он вынул снасть без рыбы. Я подошел поинтересоваться, на что он ловит.
— На сало, тут почти все на сало ловят, — ответил усатый долговязый мужчина в широкополой шляпе и показал мне баночку, наполненную какой-то прозрачной жидкостью, в которой плавали довольно крупные белые кубики.
А еще сосед сказал, что бросать нужно за бакен — там проходит фарватер и там стоит лещ.
— Поэтому у вас крупная не берет, — добавил он.
А я подумал: «Хорошо хоть так берет».
Вдруг зазвенел колокольчик на донке у дальнего от меня рыбачка, и там тоже вытащили снасть ни с чем. Когда же опять клюнуло у меня, я благополучно подвел к берегу и подцепил подсаком неплохую густеру. Итак, до восхода солнца у всех изредка сигналил колокольчик, но ловил только я. Скорее всего потому, что использовал опарыша и перловку, насаживая их на крючки по нескольку штук, а может, как раз потому, что закидывал снасти совсем недалеко от берега, вдоль которого шла ложбина.
Однако когда Витек проснулся от холода, клевать на какое-то время перестало. Закономерность была явно налицо.
— Замерз? На вот тебе куртку. — Я снял свой «адидас» и добавил: — Спи, Витек, спи.
Только милый друг снова захрапел, как мою крайнюю донку дернуло так, что колокольчик отскочил в воду. Я подсек, подвел к берегу и взял в подсак карася весом около килограмма. Ко мне сбежались доночники посмотреть на диковинку, загалдели — не всегда карась в реке берет.
— Потише, пожалуйста, — попросил я, — кореша моего не разбудите, ему отдохнуть надо.
Многие, после того как разошлись, стали перекидывать донки поближе к берегу.
— Здесь ракушечник, — говорили они между собой. — Рыба подошла к берегу кормиться.
Однако дела у них по-прежнему шли не лучшим образом.
Наконец Виктор окончательно проснулся и принялся ворчать, что я не мог поддержать огонь, поэтому он замерз. В это время клев как обрезало. Вино уже закончилось. Надо было что-то делать. Я дал Витьку денег и предложил ему сходить на станцию за добавкой. Как только Витек получил деньги, я снова поймал, на этот раз синца.
Но вот Витек ушел, и клев прекратился. Оказывается, по ходу дела мой друг нервничал, потому что магазин оказался за три километра.
Витек пропадал часа два с половиной. Принесенную бутылку красного мы выпили в самый припек, когда солнце уже высоко поднялось. Неожиданно зазвенели давно замолчавшие колокольчики, и мне удалось выудить еще двух густерок.
Сосед пришел поздравить нас с неплохим уловом. Он все удивлялся, как это нам удалось в такую жару наловить полсадка рыбы. Я не стал распространяться о способностях Витька подманивать рыбу, в чем, конечно, теперь уже сам окончательно убедился.
А с девчонками моему другу повезло уже в электричке на обратной дороге. Мы ехали свободно, комфортно и угощали их пивом, а впереди было еще воскресенье…
