— Но не сегодня. Он хорошо выспался. Сенная лихорадка не беспокоила — доктор прописал ему новый антиаллергический препарат.
Она посмотрела на часы:
— Дон, иди взгляни, что он там делает. Так и на работу недолго опоздать.
— Он пошел газету искать. — Один из мальчиков отодвинул стул и встал. — Ее опять кинули мимо крыльца, и она свалилась в клумбу.
Мальчик развернулся к двери, и Миллер понял, что стоит и смотрит на них. И вдруг в голове мелькнуло: а ведь у мальчика знакомое лицо! Черт, он ведь его знает… или знал? Словно смотришь на знакомца в юности… Он весь напрягся, ожидая, что мальчик врежется в него, но тот вовремя притормозил:
— Тьфу ты, — улыбнулся мальчик. — Ты меня испугал.
Женщина быстро взглянула на Миллера:
— Ты где застрял, Джордж! Иди кофе допивай!
Миллер медленно прошел в кухню. Женщина допивала кофе, оба мальчика уже вскочили и нетерпеливо обступили его.
— Ты же сказал, что на выходных я могу пойти с ребятами из школы в поход к Рашен-ривер! — заныл Дон. — Ты сказал, что я могу взять напрокат спальник в спортивном центре, потому что мой ты отдал Армии спасения из-за аллергии на капок!
— Д-да, — неуверенно пробормотал Миллер.
Дон. Да, мальчика зовут Доном. А его брата — Тедом. Но откуда он это знает? Женщина встала из-за стола и принялась собирать грязную посуду в мойку.
— Они говорят, ты разрешил, — сказала она через плечо.
Тарелки звякали о стенки мойки, она побрызгала их жидкостью для мытья посуды.
— Но вспомни, как они сказали, что ты им разрешил прокатиться на машине, а на самом деле ничего не разрешал!
Миллер обессиленно опустился на стул. И принялся растерянно крутить в руках трубку. Потом положил ее в медную пепельницу и внимательно оглядел рукав костюма. Что происходит? Голова закружилась. Он подскочил и бросился к окну над мойкой.
Дома. Улицы между домами. Холмы вдалеке. Люди ходят, разговаривают. Какой реалистичный трехмерный задник, однако… А если это не задник?! Вдруг… И вообще,
— Джордж, что с тобой? — спросила Марджори, повязывая красный клеенчатый фартук. В раковину полилась горячая вода. — Ты бы вывел машину из гаража. На работу пора! Сам же вчера говорил, что старик Дэвидсон орал на всех, что, мол, на работу опаздывают, а потом у кулера с водой стоят и треплются в рабочее время…
Дэвидсон. Еще одно знакомое имя отозвалось эхом в голове Миллера. Тут же перед глазами возникла четкая картинка. Высокий седой старик, худой и сердитый. Из кармана жилетки свешивается цепочка от часов. А вот и офис — «Юнайтед-Электроник». Поставки электрообуродования по всей стране. Двенадцатиэтажное здание в центре Сан-Франциско. В вестибюле киоск с газетами и сигарами. На улице сигналят машины. Парковки переполнены. В лифте толпятся секретарши — глазки горят, на девушках туго облегающие свитерки, в воздухе витает аромат духов.
Он поплелся прочь из кухни, через коридор, мимо своей спальни, мимо спальни жены — в гостиную. Входная дверь оказалась открытой, и он вышел на крыльцо.
Воздух встретил его холодом и свежестью. Ясное и погожее апрельское утро. На газоне еще не просохла роса. По Вирджиния-стрит ехали машины — к Шэттак-авеню. Ну да, движение плотное — утро, все на работу едут. На другой стороне улицы Эрл Келли приветственно помахал «Окленд-Трибьюн», направляясь к автобусной остановке.
Вдалеке Миллер прекрасно видел Бэй-Бридж, острова Йерба-Буэна и Треже. А за заливом расстилался Сан-Франциско. Через несколько минут он уже будет ехать по мосту на своем «Бьюике» на работу. Точно так же, как тысячи других бизнесменов в полосатых костюмах.
Тед протолкнулся мимо и тоже вылез на крыльцо.
— Ну так что? Можно нам в поход, а?
Миллер облизнул разом высохшие губы.
— Тед, ты… вот что. Тебе ничего странным не кажется?
— Что именно?
— Ну… не знаю, — и Миллер обеспокоенно затоптался. — Сегодня пятница, правильно?
— Ну да.
— Вот и я так думал.
Но как и откуда он знал, что сегодня пятница? Как он вообще что-то знает про эту реальность? Хотя, конечно, сегодня пятница, что же еще. И неделя выдалась тяжелой — старик Дэвидсон подгонял всех и очень сердился. Особенно в среду, когда из-за забастовки не сумели вовремя доставить заказ для «Дженерал-Электрик».
— Я вот что хочу спросить, — сказал Миллер сыну. — Этим утром… в общем, я ведь вышел из кухни за газетой?
Тед покивал:
— Ну да. А что?
— Я встал и вышел из кухни.
Он судорожно искал нужные слова, но в голове, как в лабиринте, бродили разрозненные мысли.
— Я сидел с вами за столом и завтракал, а потом встал и пошел искать газету. Правильно? А потом пришел назад. Правильно?
Жуть какая, ничего не понятно! В отчаянии он почти прокричал:
— Сегодня утром я проснулся, побрился и оделся. Позавтракал. Оладьями и кофе. И беконом. Да или нет?!
— Все правильно, — охотно согласился Тед. — И чего?
— Все как всегда, правда?
— Ну, разве что мама оладушки печет только по пятницам.
Миллер медленно кивнул:
