Он снова был с ней. Стоял неподвижно в стороне, щуря золотые глаза. И ничего не делал. Ти с замиранием сердца ожидала чего-то. Но киборг не двигался с места, почти полностью исчезнув в тени занавесей зала медитаций. Она уже не задавалась вопросом, как Гривус мог попасть сюда. Он всегда был с ней в видениях.
В область восприятия пространства вдруг вдвинулась знакомая аура. Линии судьбы оплели ее, изгибаясь жутковатыми узорами Темной стороны. Шаак Ти даже сперва не поверила увиденному.
— Энакин Скайуокер? — спросила она вовне, не выходя из медитативного состояния.
Вспыхнула призрачная полоса синего меча, несущего смерть. Шаак Ти дернулась, но осознала, что не может пошевелиться — слишком глубокая стадия медитации. Она рванулась из глубин своего сознания, но было уже позд…
— Не тронь ее!
Зеленый клинок скрестился с синим, предотвратив неизбежное. Шаак Ти смогла наконец выдраться из транса и кувырком ушла в сторону. Гривус сделал шаг, окончательно загородив тогруту корпусом от Энакина.
Да, это был он. Но Шаак Ти с ужасом увидела, как горят красными огоньками глаза бывшего падавана Кеноби.
— Уйди с дороги, — ледяным севшим голосом проговорил Скайуокер. — Иначе тоже попадешь под раздачу, дроид.
— Я. Тебе… не дроид! — отчеканил набирающим бешенство тоном Гривус и атаковал Скайуокера сразу четырьмя клинками.
Тот отшвырнул его от себя выбросом Силы, продолжив движение к Шаак Ти. Загрохотал разбитый тяжелый корпусом платяной шкаф у дальней стены зала. Она машинально схватилась за пояс и обмерла — меч остался у повседневной одежды. Кто знал, что так может случиться?
— Как? — задыхаясь от ужаса, спросила тогрута. — Энакин, как получилось, что ты ушел на Темную сторону Силы?!
— Сейчас бесполезно разговаривать с ним! — Гривус разъяренным механическим зверем вылетел из-под обломков мебели, снова атакуя непробиваемого молодого человека. Тот еще раз отмахнулся от киборга Силой, но не попал — тот ловким перекатом ушел в сторону. Скайуокер обернулся вслед за ним, глядя исподлобья.
— Мне известны все твои фокусы, железяка. Не думай, что сможешь хотя бы приблизиться ко мне, — голос юноши звучал как отдаленные раскаты грома.
— Ну это еще с какой стороны посмотреть, — отозвался Гривус, хищно перетекая вдоль стены и держа наготове четыре активированных клинка. — Если ты еще не заметил, Шаак Ти не желает тебе смерти…
Это было чистейшей правдой. Она стояла поодаль, беспомощно опустив руки. Жалость, скорбь, сочувствие. Вот что сейчас терзало ее сердце.
— Бедный, заблудший ребёнок… — прошептала она.
— Я нашел Силу! — яростно воскликнул Энакин, ускоряя шаг и переходя на бег навстречу джедаю-тогруте. — Молчи! Ты ничего не знаешь обо мне! Что ты знаешь о чувствах?!
— Она знает! — Гривус стремгав преградил ему дорогу и встретил замах бывшего джедая скрещенными клинками. Ярость полыхала в узких щелках зрачков. — Ты не тронешь ее! Она — моя!
Энакин хитрым финтом попытался выбить лайтсаберы из манипуляторов генерала, но не сумел, лишь разорвал сцепленные клинки и атаковал снова, нарвавшись уже на еще более уверенный блок.
— Инвалид на платформе дроида? Не смеши меня, огрызок. Как это вообще возможно? Что ты можешь дать хоть кому-то?!
— Уж поверь, могу! — Гривус контратаковал четверным выпадом и тут же сделал кульбит в сторону, уходя от стремительных росчерков синего лезвия. Энакин совершенно по-змеиному зашипел, собирая в кулаке молнию Силы. Шаак Ти парализовало от острого осознания глубины падения Скайуокера. Темная сторона полностью поглотила его.
Сиреневые разряды охватили белый корпус, заставив Гривуса кричать от боли. Он выронил клинки и скрючился на полу, не в силах противостоять электрической атаке.
— Жалкая пародия на жизнь, — скривив губу, произнес Энакин, с невыразимой злобой наблюдая за корчами генерала. — Умри.
С этими словами он взмахнул лайтсабером. Отрубленный шлем Гривуса подкатился к ногам тогруты.
— П-рости… ч-чт… не смог… защитить тебя… — хрипнул вокодер последний раз и золотые глаза погасли навсегда.
***
Шаак Ти вскочила с циновки со сдавленным вскриком. Тело била крупная дрожь, капли пота собрались на лбу, руки дрожали. Она прижала кончики пальцев к побелевшим губам и только сейчас осознала, что это было очередное видение. Настолько четкое, что показалось абсолютной реальностью, реальнее тех, что она видела раньше. Она даже нервно оглянулась на дверь, ожидая, что Энакин вот-вот выскочит из дверей, сияя лайтсабером и ситховским огнем в глазах. Но зал медитаций был пуст и тих. За обзорным окном занимался серый рассвет, очерчивая силуэты небоскребов на горизонте.
