Эллери, погрузившись в размышления, отсутствующим взглядом смотрел на инспектора и Риттера, Отвер-. нувшись от стола, он задумчиво кивнул.
— Доктор Дженни,— внезапно позвал он.
Хирург открыл глаза.
— Ну?
— Обувь какого размера вы носите?
Дженни инстинктивно бросил быстрый взгляд на свои парусиновые туфли, на вид точные дубликаты туфель, лежащих на столе.
— Очевидно, мне повезло? — спросил он и внезапно вскочил, словно попрыгунчик.— Все еще идете по горячему следу? — проворчал он, подойдя к Эллери и глядя ему в глаза.— Ну, Квин, на сей раз вы промахнулись. Я ношу размер 6,5.
— Довольно маленький размер,— задумчиво промолвил Эллери.— Но эти туфли еще меньше... Они только шестого размера.
— В самом деле,— вмешался инспектор.— Но...
— Погоди! — улыбнулся Эллери.— Ты не можешь себе представить, как я доволен, выяснив, что убийца носил эти туфли... И мое удовлетворение, доктор, должно немного обрадовать и вас... Риттер, где вы нашли эту одежду?
— Она лежала на полу в телефонной будке на пересечении южного и восточного коридоров.
— Так! — Эллери немного подумал.— Доктор Дженни, вы видели кусочек пластыря, который я снял с этого ботинка? Здесь у вас используется такой же пластырь?
— Разумеется. Ну и что же? Он используется практически в каждом госпитале.
— Не могу сказать, что это меня сильно разочаровало,— заметил Эллери.— Было бы слишком ожидать, что... Конечно, доктор, ни один из этих предметов вам не принадлежит?
Дженни развел руками.
— А какая мне будет польза, если я отвечу вам «да» или «нет»? Вроде бы это не мое. Но я должен посмотреть у себя в шкафу, чтобы убедиться.
— Но шапочка и маска могут быть вашими, верно?
— Они могут быть чьими угодно! — Дженни рванул тугой воротник своего халата.— Вы же видели, что халат и брюки мне велики — так что это был просто неуклюжий маскарад. И я уверен, что туфли тоже не мои.
— А я в этом не так уверен,— воинственно заявил инспектор.— По крайней мере, у вас нёт никаких доказательств.
— Есть, папа,— мягко возразил Эллери.— Взгляни,
Он перевернул ботинки и указал на каучуковые каблуки. Оии были очень стерты.— Это доказывало, что туфли носили достаточно долго. На правом ботинке каблук был сильнее стоптан с правой стороны, на левом — с левой.
— Обрати внимание,— продолжал Эллери, приложив туфли одну к другой,— что оба каблука стерты почти одинаково.
Взгляд инспектора скользнул по левой ноге маленького хирурга. Дженни опирался на правую ногу.
— Доктор Дженни прав,—закончил Эллери.— Это не его ботинки!
Методичная и организованная натура доктора Минчена получала удар за ударом в течение этого сумбурного утра. В его госпитале царил кавардак. Врачи сновали по коридорам, курили, пренебрегая всеми установленными правилами, и оживленно обсуждали сегодняшнее убийство. Женский контингент также, очевидно, решил, что трагедия подорвала все устои: девушки весело перешептывались между собой до тех пор, пока шокированные их поведением старшие сестры не водворили их назад в палаты.
Здание было переполнено детективами и полисменами. Минчен, нахмурившись, с трудом пробивал себе дорогу сквозь группы людей, заполнивших, коридоры, пока не добрался до двери; ведущей в приемную операционного зала, куда его впустил жующий табак детектив.
Быстрым взглядом Минчен окинул комнату. Побледневший доктор Дженни, продолжал отбиваться от нападавшего на него инспектора Квина, на лице которого было написано раздражение, смешанное с растерянностью; Эллери Квин стоял у стола на колесиках, рассматривая белую парусиновую туфлю; несколько сыщиков молча наблюдали за происходящим.
Минчен кашлянул. Инспектор круто повернулся и зашагал к столу. На щеках Дженни появился слабый румянец, его тело распласталось в кресле, словно пустой мешок.
— Да, Джон? — улыбнулся Эллери.
— Простите, что помешал.— Минчен явно нервничал.— Но в приемной события как будто начинают приобретать серьезный оборот, и я подумал..,
— Мисс Доорн? — быстро спросил Эллери.
— Да. Она на грани обморока. Ее следовало бы увести домой. Как вы считаете?..
Эллери и инспектор посовещались вполголоса. Инспектор казался обеспокоенным.
— Значит, по-вашему, доктор Минчен, молодую леди нужно...— Внезапно он переменил тему.— Кто ее ближайший родственник?
— Мистер Доорн — Гендрик Доорн. Он ее дядя, единственный брат Эбигейл Доорн. Мне бы хотелось, чтобы ее сопровождала женщина — может быть, мисс Фуллер...
— Компаньонка миссис Доорн? — медленно осведомился Эллери.— Нет, пожалуй, пока этого делать не стоит... Скажите, Джон, мисс Доорн и мисс Даннинг дружат?
— Они просто хорошо знакомы.
— Да, это проблема.— Эллери задумчиво грыз ноготь. Минчен уставился на него, явно не понимая, в чем смысл этой «проблемы».
— Право, сынок,— нетерпеливо вмешался инспектор Квин.— Если бедняжка чувствует себя так плохо, то ее место не в госпитале, а дома. Придется позволить ей уйти.
