— Хорошо.— Эллери, продолжая хмуриться, с рассеянным видом похлопал Минчена по плечу.— Пускай мисс Даннинг сопровождает мисс Доорн и мистера Доорн. Но прежде чем они уйдут... Да, пожалуй, это наилучший выход. Джонсон, пригласите сюда на минуту мистера Доорна и мисс Даннинг. Я не задержу их надолго. Полагаю, Джон, с мисс Доорн находится сестра?
— Разумеется. К тому же с ней молодой Морхаус.
— А Сара Фуллер? — спросил Эллери.
— Тоже с ней.
— Джонсон, когда вы пришлете к нам мистера Доорна и мисс Даннинг, отведите мисс Фуллер в амфитеатр операционного зала и проследите, чтобы она не уходила оттуда, пока мы ее не позовем.
Детектив с унылой физиономией быстро вышел из комнаты.
Мимо него в приемную проскользнул молодой врач в белом и, робко оглядевшись, направился к доктору Дженни.
— Послушайте! — рявкнул инспектор.— Что вам здесь понадобилось, молодой человек?
Вели медленно двинулся к врачу, который заметно увял. Хирург поднялся.
— О все в порядке,— устало проворчал он.— Что вам нужно, Пирсон?
Молодой человек судорожно проглотил слюну,
— Доктор Хоторн хотел проконсультироваться с вами, доктор, по поводу этой ангины. Он говорит, что надо спешить.
Дженни хлопнул себя ладонью по лбу.
— Черт! — воскликнул он.— Совсем забыл об этом! Послушайте, Квин, вы должны отпустить меня. У больного очень серьезное заболевание — ангина Людовтка, его состояние критическое.
Инспектор Квин посмотрел на Эллери, и тот небрежно махнул рукой.
— У нас нет полномочий препятствовать лечению, доктор. Если вы должны идти, идите. До свидания.
Доктор Дженни зашагал к двери, подталкивая впереди себя молодого врача. Взявшись за ручку, он задержался и, обернувшись, обнажил желтые зубы в странной усмешке.
— Меня привел сюда мертвый, а выпускает умирающий... Пока!
— Не спешите, доктор Дженни,— остановил его инспектор.— Вы не должны покидать город ни при каких обстоятельствах.
— Боже! — простонал хирург, возвращаясь назад,— Это невозможно! На этой неделе я должен быть на медицинском съезде в Чикаго. Я собирался завтра выехать. Будь Эбби жива, она бы ни за что не захотела...
— Повторяю,— сурово произнес старик,— что вы не должны покидать город несмотря ни на какие съезды, иначе...
— О, ради Бога! — И хирург выбежал из комнаты, хлопнув дверью.
Вели пересек комнату тремя шагами и потянул за рукав дородного детектива Риттера.
— Иди за ним,— приказал он,— и не выпускай его из виду, или я тебе ноги повыдергаю!
Усмехнувшись, Риттер неуклюжей походкой вышел в коридор.
— Привычка нашего хирурга постоянно взывать к создателю,— улыбнулся Эллери,— не очень-то согласуется с его профессиональным агностицизмом.
В этот момент Джонсон открыл дверь, ведущую в зал, и отошел в сторону, пропуская Эдит Даннинг и низкорослого мужчину, обладающего чудовищных размеров животом.
— Мисс Даннинг? Мистер Доорн?—осведомился инспектор Квин,—Входите, входите! Мы не станем долго вас задерживать!
Светлые волосы Эдит Даннинг были растрепаны, веки заметно покраснели.
— Гульда в плохом состоянии,— резко сказала она, остановившись на пороге,—Мы должны отправить ее домой.
Гендрик Доорн, шаркая, вошел в комнату. Инспектор рассматривал его дружелюбно и не без удивления. Доорн, казалось, не ходил, а тек. Его огромное студенистое брюхо с множеством складок вздрагивало при каждом шаге, лоснящаяся от жира круглая физиономия была испещрена маленькими розовыми точками, сливавшимися на кончике носа в широкое красноватое пятно, на совершенно лысом черепе отражался свет лампы.
— Да,— проскрипел Гендрик Доорн. Голос у него был необычайно высокий, с неприятными хриплыми интонациями. — Гульду надо уложить в постель. Из-за чего вся эта глупая суета? Мы ничего не знаем...
— Одну минутку,— успокаивающе произнес инспектор.— Пожалуйста, войдите, закройте дверь и садитесь.
Узкие глаза Эдит Даннинг не отрывались от лица инспектора. Совершенно механически она села в кресло, предложенное ей Джонсоном, и сложила на коленях худые руки. Гендрик Доорн, переваливаясь, подошел к другому креслу и, охая, опустился в него. Его толстые ягодицы дрябло свесились по краям сиденья.
Инспектор взял солидную понюшку табаку и сразу же чихнул.
— Итак, сэр,— вежливо заговорил он,—один вопрос, и вы свободны... Знаете ли вы, у кого могла быть причина убить вашу сестру?
Толстяк вытер щеки шелковым носовым платком. Его маленькие черные глазки уставились в пол.
— Я... Боже! Это для всех нас было страшной неожиданностью! Кто же может что-нибудь знать? Конечно, Эбигейл была очень странной женщиной...
— Послушайте,— резко сказал инспектор,— должны же вы знать что-то о ее частной жизни, например о ее врагах? Не могли бы вы подсказать нам возможную линию, по которой стоило бы направить расследование?
Свиные глазки Доорна продолжали бегать из стороны в сторону. Казалось, он молча спорит сам с собой.
— Ну, конечно, кое-что тут есть,— ответил наконец Доорн.— Но здесь не место это обсуждать.-— И он тяжело поднялся с кресла.
— Ах, значит, вы все-таки что-то знаете? — мягко заметил инспектор.— Очень интересно. Выкладывайте все, мистер Доорн, или мы не позволим вам уйти!
