Встречные огни полностью

Георге раздает листовки солдатам.

Г е о р г е. Сегодня бесплатно.

Т р е т и й  с о л д а т. Союзники!

В т о р о й  с о л д а т. Правильно написано: ты тоже виноват!

П е р в ы й  с о л д а т. Дома нам сидеть надо было.

С о л д а т ы (поют вместе).

З а т е м н е н и е.

Резиденция гестапо. Г о ф м а й е р  слушает доклад  Э в е л и н ы.

Э в е л и н а. Минирование города закончено в десять ноль-ноль. Ликвидация завода «Гена» займет… четыре целых и две десятых минуты. Судоремонтный, Январский, а также вокзал, оперный театр и все прочие объекты — соответственно.

Г о ф м а й е р. Девяносто минут, и вместо Одессы — зона пустыни!

Э в е л и н а. Что делать с Чернегой и его невестой? Расстрелять?

Г о ф м а й е р. Нет, этого мало! Надо придумать такое, чтоб вся Одесса содрогнулась.

Э в е л и н а. Повесить?

Г о ф м а й е р. В Успенском соборе!!! Соберите на это зрелище побольше зрителей! И чтоб церковный хор, и музыка… Каждая акция должна вызывать глубокие эмоции.

Э в е л и н а. «Товарищ Андрей» явится в Успенский собор их спасать, или я не знаю психологию русских. (Уходя.) В приемной — городской голова.

Гофмайер кивает. Эвелина уходит и через мгновение пропускает в кабинет  П ы н т ю, которого сопровождает  Г е о р г е.

П ы н т я (взволнованно). Господин оберфюрер. Я теперь буду жить у вас.

Г о ф м а й е р. Что это значит?

П ы н т я. Под мой дом подложена совершенно адская машина.

Г о ф м а й е р. Кто вам сказал?

П ы н т я. Эта листовка:

Г о ф м а й е р. Глупости! Все мины заведены на определенное время. Они взорвутся, когда вы будете уже далеко. Там часовой механизм.

П ы н т я. Но в моем доме любые часы почему-то всегда спешат!

Г о ф м а й е р. Кто вам дал эту листовку?

П ы н т я. Моя личная охрана.

Г е о р г е. Так точно. Ваши солдаты хотят взорвать господина Пынтю и его любимую супругу.

Г о ф м а й е р. Романише тойфель! Ты хочешь спровоцировать конфликт между мной и городским головой, а может быть, больше — между великим фюрером и вашим Антонеску?!

П ы н т я (Георге). Негодяй! Я отдам тебя под суд!

Г е о р г е. Если до того не взлетим в воздух!

Г о ф м а й е р. Где он взял эту листовку? (Хлопает в ладоши.)

Из-за портьеры появляются  д в о е  э с э с о в ц е в.

Пусть его допросит Грот.

Эсэсовцы уводят Георге.

П ы н т я. Простите его, господин оберфюрер!

Г о ф м а й е р. Кто вам разрешил даже ко мне являться в сопровождении своего телохранителя?

П ы н т я. Боюсь оставлять одного: сбежит, подлец, и мое тело останется без охраны!

Входят  а д ъ ю т а н т  и  э с э с о в ц ы. Эсэсовцы занимают место у входа.

А д ъ ю т а н т. Прибыл парикмахер Станислав.

Г о ф м а й е р. Я жду его.

Адъютант уходит. Появляется  С т а с и к.

С т а с и к. Всегда к вашим услугам, как говорил мой знакомый гробовщик.

П ы н т я. Представителям базарной интеллигенции — слава!

Г о ф м а й е р. О, мой спаситель… рад вас видеть!

С т а с и к (Пынте). Как поживает мадам Пынтя?

П ы н т я. Сидит на чемоданах и вот-вот взорвется!

С т а с и к. Не женщина, а взрывчатое существо!

Г о ф м а й е р (Пынте). Вы можете идти домой.