- ...они высятся в сакральном месте, так как дуб в индоевропейской мифологии - это дерево верховного бога громовержца (Зевса), а число «три» само по себе сакрально и может являться указанием на троичность вселенной: Небесный, Подземный и Земной мир. Возможно, это место находится в неком центре мира, где возможен контакт между этими мирами, тем более что окружающий дубы орешник также является деревом подземных хтонических богов.
Переведя взгляд на «Дом с Приведениями», Мегре вспомнил кроваво-красную шляпку Люсьен, полистал книгу, найдя нужное место, почитал вслух:
- Рассмотрим, что именно мог обозначать красный цвет. Еще в древнейшие времена человек обращал внимание, что солнце, снисходя ночью в царство мертвых и возвращаясь днем в мир живых, имеет красный цвет. Исходя из этого красный цвет ассоциируется с погребальным обрядом, поскольку путь души и ее возрождение после смерти во многих традиционных верованиях соотносился с солнцем (например, у этрусков, ацтеков, древних египтян и во многих других культурах). Еще со времен Палеолита практиковался обычай окрашивания покойников в красный цвет: видимо, чтобы уподобить их души возрождающемуся и умирающему солнцу. Подобный обычай существовал не только в Евразии, но и в Америке и Австралии, где найдены посыпанные красной охрой захоронения, возраст которых подчас датируется двадцатью тысячами лет...
- Да уж, - восхищенно произнес Мегре, вообразив Делу краснокожим. Позевав затем на взошедшую луну, посмотрел на Монику, прогуливавшуюся в глубине парка с широкоплечим господином в котелке и плотном драповом пальто, потом на химер, прилепившихся к простенкам справа и слева. В постели принялся знакомиться с тонкой книжечкой. С увлечением прочитав ее от корки до корки, взял книжицу об Афродите. Через десять минут она лежала на полу, а комиссар храпел так, что колебались занавески.
Сны ему снились один за другим. Сначала он увидел себя беседующим с другим Мегре, тот говорил, что им пора воссоединиться, чтобы двигаться дальше.
- А что я могу для этого сделать? - спросил Мегре.
- Ты должен взойти на свою Голгофу и почить.
Мегре не успел огорчиться, потому что кто-то сзади положил ему руку на плечо. Обернувшись, он увидел Рейчел, и понял, что она – это юная Моника. Поцеловав его в щеку – для этого ей пришлось стать на цыпочки, - девушка сказала, что все будет хорошо. Потом взяла его под руку и повела туда, куда хотелось идти.
После завтрака в одиночестве - Люка почему-то не явился - Мегре направился к профессору Перену. Покашляв на пороге кабинета – хозяин стоял у окна в прострации и заметил комиссара не сразу, - заявил, что расследование, которое он проводил неофициально, в общих чертах закончено, и потому ему хотелось бы доложить заинтересованным лицам его результаты.
Посмотрев пристально на комиссара, а потом на циферблат своей серебряной луковицы, профессор сказал, что слушание назначает назавтра, на месте происшествия, то есть в апартаментах мадемуазель Генриетты Жалле-Беллем, и пораньше, где-то часов в одиннадцать, чтобы участники не опоздали к обеду.
Комиссар Мегре с этим согласился. Затем, за желтым китайским чаем, любимым профессором - его подала Аннет Маркофф, прятавшая глаза - они оговорили состав участников. Мадмуазель Люсьен решили не приглашать - молода еще, но сошлись во мнении, что присутствие старшей медсестры Катрин Вюрмсер будет не лишним. В заключение профессор Перен сказал, потирая левое плечо, по-видимому, застуженное, что дело санатория для него превыше всего, и он надеется, что комиссар, обязанный заведению своим здоровьем, останется в рамках здравого смысла.
- В рамках здравого смысла? - удивился Мегре. - Я никогда их не покидал, хотя последнее время мне кажется, что иногда надо было это делать.
- Здравый смысл отдельного человека и человечества это не одно и тоже. Иногда надо совершить некое зло, чтобы достичь великой цели.
- А кто знает, что поставленная цель велика, а не есть некое зло?
- Люди будущего.
- Похоже, профессор, вы недавно разговаривали с нашим Паганелем...
- Я неточно выразился. То, что цель велика, знают люди, знакомые со всей полнотой информации.
- Понимаю. Вы ею обладаете, я нет.
- Это так. Я мог бы кое-что вам сообщить по существу событий, имевших и имеющих место в Эльсиноре, но это нарушит необходимую последовательность событий, и от этого пострадают многие люди, в том числе и вы...
Уходя от профессора, комиссар думал, что в миттельшпиле партии тот его озадачил, но отступать поздно, тем более, он, Мегре никогда не отступал.
Ему стало грустно - наверное, иногда надо было отступать, может быть, до самого отчего дома отступать, сохраняя что-то в себе, сохраняя себя. Чтобы развеять накатившую печаль, он решил прогуляться.
