– Досмотрим фильм до конца, когда ты сделаешь то, что полагается! – прикрикнула на пса мисс Моррисон.
Дверь квартиры открылась, в гостиную вошел Роберт. Подкравшись к Лорэн со спины, он обнял ее. Лорэн вздрогнула.
– Я не хотел тебя пугать.
– Не хотел, но испугал.
Роберт смотрел на вещи, сваленные посредине комнаты.
– Ты собралась в путешествие?
– Только на уик-энд.
– Зачем тебе тогда столько сумок?
– Я обойдусь только одной, рыжей, что у входа. Все остальные – твои. – Она подошла к нему, положила руки ему на плечи.
– Ты говорил мне, что все изменилось после моей аварии, но это неправда. Раньше мы тоже были не очень счастливы. Занятость на работе мешала мне это осознать. Удивительно другое – что этого не замечал ты.
– Потому что я тебя люблю?
– Нет, ты любишь то, что мы пара, мы защищаем друг друга от одиночества.
– Уже неплохо.
– Если бы ты был искренним, то мыслил бы более здраво. Хочу, чтобы ты ушел, Роберт. Я собрала твои вещи, чтобы ты их забрал.
Роберт растерянно смотрел на нее.
– Вот, значит, как? Ты решила, что все кончено?
– Нет, я считаю, что мы решили так вместе, просто я первой это сформулировала.
– Ты не хочешь предоставить нам второй шанс?
– Не второй, а уже третий. Мы уже очень давно находим удовольствие в обществе друг друга, но этого недостаточно, сегодня мне нужно любить.
– Я могу провести здесь эту ночь?
– Понимаешь, мужчина моей жизни никогда не задал бы мне этого вопроса.
Лорэн взяла свою сумку, поцеловала Роберта в щеку и вышла из квартиры, не оглянувшись.
Двигатель старого «англичанина» завелся с пол-оборота. Ворота гаража поднялись, «триумф» выехал на Грин-стрит и повернул за угол. По тротуару семенил в сторону сквера терьер породы джек рассел, мужчина и пожилая дама скрылись за платаном.
Было почти четыре часа дня, когда она выехала на шоссе номер 1, проложенное по кромке океана. Вдали выступали из тумана прибрежные скалы, точно кружева тьмы, охваченные огнем.
На закате она въехала в почти пустой городок. Остановилась на стоянке у пляжа и одна уселась на дамбе. Горизонт затянули пухлые облака, цвет неба менялся от сиреневого до черного.
В сумерках она вошла в отель «Кармел Вэлли Инн». Администратор вручила ей ключи от бунгало с видом на бухту Кармел. Когда Лорэн разбирала свою сумку, в небе засверкали первые молнии. Она выбежала наружу, чтобы загнать свой «триумф» под навес, и попала под проливной дождь. Потом, завернувшись в толстый халат, она заказала ужин и устроилась перед телевизором. По каналу ABC шел ее любимый фильм «Он и она». От стука дождевых капель по карнизу ее стало клонить в сон. Когда Гарри Грант запечатлел на устах Деборы Керр поцелуй, она схватила подушку и прижала ее к себе.
Дождь перестал перед рассветом. В большом парке с деревьев стекала вода, а Лорэн никак не могла проснуться. Она заставила себя одеться, накинула плащ и вышла.
Машина ехала сквозь последние мгновения затянувшейся ночи, фары высвечивали оранжевые и белые полосы, нарисованные через одну перед каждым виражом, вырубленным в скалах. Вдалеке уже угадывалась ограда имения, и она свернула на ведущую в ту сторону грунтовую дорогу. Машину она решила оставить в овражке, у поворота, скрытого рядом кипарисов. Подойдя к зеленой чугунной калитке, рядом с которой висела табличка с координатами агентства недвижимости в заливе Монтеррей, Лорэн проскользнула в дверцу.
Вниз, словно к самой кромке океана, сбегали охряные склоны, на которых росли немногочисленные приморские сосны, серебристые ели, секвойи, гранатовые деревья, цератонии. Она стала подниматься по узкой каменной лесенке вдоль дороги. На полпути она различила справа остатки розария. Парк лежал в запустении, но тысячи мешающихся ароматов вызывали хороводы воспоминаний. Высокие деревья гнулись на пронизывающем утреннем ветру.
Перед собой она увидела дом с закрытыми ставнями, подошла к крыльцу, поднялась по ступенькам и остановилась под верандой. Казалось, океан вот-вот раздробит утесы, волны швырялись пригоршнями водорослей и хвойных иголок. Ветер свистел в волосах, она откинула их назад.
Она обошла дом, думая, как туда попасть. Ее рука скользнула по фасаду, пальцы нащупали клин под ставнем. Она вынула его, и створка, скрипя петлями, распахнулась.
Лорэн прижалась лбом к стеклу, попыталась приподнять раму, и та нехотя поддалась. Больше ничто не мешало ей проникнуть внутрь.
Она закрыла за собой ставни и окно, пересекла маленький кабинет, мельком глянула на кровать и вышла.
Она шла медленными шагами по коридору. Каждая комната за стенами таила собственный секрет. Лорэн спрашивала себя, откуда у нее взялось чувство, что все здесь ей хорошо знакомо: из рассказа в больничной палате или из пережитого еще раньше ею самой.
Она вошла на кухню, огляделась, глаза ее увлажнились, сердце билось слишком сильно. Старый итальянский кофейник на столе показался ей знакомым. Поколебавшись, она взяла его, погладила и вернула на место.
