– Ты хотела отпраздновать хорошую новость?
– В общем-то нет, – ответила Лорэн.
– Чем тогда вызван этот ужин?
Лорэн остановилась и, глядя матери в лицо, взяла ее за руки.
– Ты не замерзла?
– Не то чтобы очень, – ответила миссис Клайн.
– Окажись я на твоем месте, я приняла бы такое же решение. Если бы смогла, то сама бы тебя об этом попросила.
– О чем бы попросила?
– Отключить приборы!
Глаза Эмили Клайн наполнились слезами.
– Ты давно знаешь?
– Мама, я больше не хочу, чтобы ты за меня боялась, у каждой из нас свой характер, мы разные, и наши жизни не будут одинаковыми. Я иногда срываюсь, зато никогда тебя не осуждала и не буду осуждать. Ты моя мать, такой ты живешь в моем сердце, и что бы с нами ни случилось, ты сохранишь это место в нем до конца моих дней.
Миссис Клайн обняла дочь, Кали вернулась большими прыжками, чтобы ревниво втиснуться между двумя женщинами: ей тоже полагалось собственное место.
– Хочешь, я тебя отвезу? – предложила миссис Клайн, вытирая тыльной стороной руки глаза.
– Нет, лучше я пройдусь. Такой ужин надо переварить.
Лорэн помахала матери и побрела в сторону. Кали немного поколебалась, крутя из стороны в сторону головой, потом, со всех сил стиснув челюстями палку, бросилась за своей хозяйкой. Лорэн присела на корточки, погладила собаку по голове и сказала ей на ухо:
– Иди с ней, я не хочу, чтобы она провела этот вечер в одиночестве.
Она взяла деревяшку и бросила ее в сторону матери. Кали с лаем понеслась к Эмили Клайн.
– Лорэн!
– Да?
– Никто уже не верил, это было чудо.
– Знаю.
Мать сделала несколько шагов к ней.
– Цветы у тебя в квартире – не мой подарок.
Лорэн озадаченно глядела на нее. Миссис Клайн пошарила в кармане, нашла мятую открытку и протянула ее дочери.
Между складками бумаги Лорэн сумела разобрать два написанных на открытке слова. Она улыбнулась и поцеловала мать, прежде чем броситься бежать.
Свет нарождающегося дня разукрасил залив всеми цветами радуги. Артур уже проснулся. Встав с кровати, он рискнул выйти в коридор. Он шел по линолеуму, перешагивая из черного квадрата в белый, как по шахматной доске, которой не было конца.
Дежурная по этажу поднялась со своего места и заспешила ему навстречу. Артур заверил ее, что чувствует себя хорошо. Она была рада, но отвела его обратно в палату. Придется ему потерпеть, его выпишут в конце недели.
Когда медсестра оставила его, Артур взял телефон и набрал номер. На звонок ответил Пол.
– Я тебя разбудил?
– Вовсе нет, – соврал Пол, – я даже не собираюсь смотреть на часы.
– Ты прав! – с воодушевлением начал Артур. – Я верну этому дому краски, обновлю фасад, починю окна, приведу в порядок все полы, в том числе на веранде; пусть на кухне потрудится тот умелец, о котором ты говорил. Все станет как раньше, даже качелям я верну молодость!
Пол потянулся. Глаза слипались, он взглянул на будильник на ночном столике.
– Ты собрался созвать рабочее совещание в пять сорок пять утра?
– Я накрою крышей гараж на краю сада, снова высажу розарий, я верну в это место жизнь!
– Ты будешь делать все это прямо сейчас или это может немного подождать? – спросил Пол, злясь все сильнее.
– С понедельника ты примешься за смету, – продолжал Артур с тем же восторгом, – работы начнутся через месяц, я буду следить за их ходом по выходным, пока все не будет завершено. Ты мне поможешь?
– Сейчас я вернусь в мой сон и, если мне повстречается плотник, спрошу его о расценках. Перезвоню, когда проснусь, дубина!
И Пол бросил трубку.
– Кто это был? – спросила Онега, прижимаясь к нему.
– Безумец!
Был жаркий, томный летний день. Лорэн оставила машину за стоянкой полицейских автомобилей. Войдя в помещение участка, она объяснила дежурному, что ищет отставного инспектора по имени Джордж Пильгез. Полицейский указал ей на скамейку напротив, снял телефонную трубку и набрал номер.
Поговорив несколько минут, он записал в блокноте адрес и подозвал Лорэн.
– Держите! – сказал он, протягивая ей листок. – Он вас ждет.
Домик находился на другом конце города, между 15-й и 16-й улицами. Лорэн поставила машину на подъездной дорожке. Джордж Пильгез возился у себя в саду, теперь он прятал за спиной секатор и только что срезанные розы.
– Сколько светофоров вы пролетели, не останавливаясь? – спросил он, глядя на часы. – Мне никогда не удавалось домчаться так быстро даже с сиреной.
– Милые цветы! – сказала Лорэн.
Смущенный инспектор предложил Лорэн посидеть в беседке.
– Чем я могу быть вам полезен?
– Почему вы его не задержали?
– Я не совсем улавливаю. Не понял ваш вопрос.
– Архитектора! Знаю, что это вы отвезли меня обратно в госпиталь.
Старый инспектор посмотрел на Лорэн и, морщась, сел.
– Хотите лимонаду?
– Мне больше хочется, чтобы вы ответили на мой вопрос.
– Два года на пенсии – и мир начинает вращаться в противоположную сторону. Врачи уже допрашивают полицейских! А я-то думал, что все на свете повидал!
– Вам так нелегко дать ответ?
– Все зависит от того, что вы знаете и чего не знаете.
– Я знаю почти все!
– Тогда почему вы здесь?
– Меня не устраивает это «почти».
– Я знал, что вы мне понравитесь. Я сейчас, только принесу чем промочить горло.
