– Витюха! – радостный голос раскатился по беленому коридору, тоже будто яблоки рассыпались, заскакали по углам, блестя свежими боками. Простые такие – бери, кусай, брызгая сок в разные стороны.
– Ну, где застрял? Я по твою душу. Иди, чаю выпьем.
Витька пошел по коридору, унося в памяти взгляд отражения. И стало ему не так муторно. Думал, вот этот в зеркале, не так плох и видно, не слаб. Что-то в нем есть. Появилось.
Лариса стояла у раковины, терла полотенцем чистую тарелку. Пыхтел чайник. Блестели зубы Якова Иваныча.
– Если чай, шубу-то снял бы, – сказала она.
– Некогда, мать, рассиживаться. Вот нальешь, хлебну и поеду. Только со студентом сговорюсь на завтра. Ну, Витек, выбирай, где поснимаешь?
– А где можно?
– Завтра можешь в спортзале. Девчоночки на тренировку придут. Нам скоро на сборы ехать в область. Фитнес всякий.
Достал из кармана складной нож, пощелкал, любуясь полировкой и блеском серебряных накладок. Отпилил кружок лимона на блюдечке.
– А днями, после… Кажется, в море хотел? Новый ставник у нас, по берегу километров пять отсюда. С утреца выедем и все, пощелкаешь. И сети, и рыбу, и байды с катером. Идет?
Яша прижал лимон к внутреннему краю чашки и придавил, добывая из маленького солнышка сок. Отскакивали Витьке в глаза блики от ложечки в сильных пальцах..
– Хорошо. Тренировку сниму. А сети чтоб снять, мне надо будет пару раз сходить с рыбаками, без камеры.
Витька стоял в дверях, смотрел как Яша прихлебывает светлый от лимона чай. И пот выступает на лбу, бисером по резким морщинкам.
– Вона… По-взрослому все? Ну…
Гость поставил чашку на стол и поднялся. Вытер лоб белоснежным платком и сунул его в карман пиджака.
– Тогда так, Витюха. Снимешь в зале, кинешь на комп, вместе посмотрим. Если мне понравится, то и в море выйдешь. А после уже всерьез моими спортсменками займешься, как договаривались. Девчонки видные, фактурные, третий год на тренажерах, а летом – плавание у них. Деньгами не обижу.
