— Придушу, сука, — хрипит под ним бандит, пытаясь вцепиться в его горло, но Богатырев наносит удар в челюсть. Пытаясь увернуться, злодей бьется до последнего, но вторым мощным ударом Ратмир отправляет его в нокаут.
Тяжело дыша, надевает наручники, встает с поверженного врага и тут же устремляется ко мне, подбирая на ходу пистолет и убирая его в кобуру.
— Аврора, ты ранена? — произносит он, вставая на колени, и подняв, бережно прижимает меня к груди.
Я качаю головой, утыкаясь в его футболку и вдыхая запах, такой родной и необходимый мне в эту минуту, что меня начинают сотрясать рыдания — спасена!
— Ну-ну, хорошая моя, все закончилось, — голос мужчины охрипший, его руки ощупывают меня, словно не веря, что я живая и невредимая, что он вовремя нашел меня и спас.
— Какая ты молодец, что дождалась, — успокаивает меня словно маленькую, тихо покачивая. И я успокаиваюсь в его крепких и теплых объятиях. — Все хорошо, выдыхай.
— А где его дружок? — вдруг, встрепенувшись, вспоминаю я.
— Не переживай. — Целует меня в висок. — Связанный лежит, рядом со сторожкой.
— Как ты себя чувствуешь? — обеспокоенно спрашивает, немного отодвинувшись от меня.
— Все нормально, — шепчу, шмыгая носом, пока он двумя ловкими движениями разрезает острым штык-ножом путы на моих руках и ногах. — Только головокружение замучило с тошнотой, — признаюсь, потирая затекшие от тугих веревок запястья и лодыжки.
— Не нравится мне это, — пристально рассматривает меня в полумраке сторожки, и две глубокие морщинки появляются между его бровями.
— Ты ранен! — мой голос срывается от испуга, и я замираю, заметив кровь на его левом предплечье.
— Да ерунда, — он не отрывает от меня своего взгляда. — Царапнуло по касательной.
Затем оглядывается на бандита, который лежит без движения.
— Дождемся ребят, они этих двух заберут, и поедем, — мужчина аккуратно берет меня на руки и выносит из избушки.
И дальше я уже не думаю ни о чем, позволяя себе закрыть глаза и расслабиться. Обнимая за шею, прижимаюсь к его груди, слушая громкий стук сердца, действующий на меня успокаивающе.
На улице моросит дождь, свежо и достаточно прохладно. Вдыхаю свежий воздух полной грудью.
Лесную тишину нарушает только урчание двигателя машины.
Мужчина несет меня к авто, два ярких луча от фар освещают путь. А затем, распахнув заднюю дверцу, бережно укладывает меня на заднее сиденье, прикрывая своей курткой.
— Отдыхай. Я сейчас проверю Князева с подельником и вернусь.
Он уходит, а я под работающую печку, прикрыв глаза, начинаю дремать, выжатая до предела событиями безумного дня.
Просыпаюсь от хлопков дверей и громких мужских голосов. Не понимая спросонок, что происходит, выпрямляюсь на сиденье и вижу в свете фар нескольких мужчин, которым Богатырев что-то рассказывает, активно жестикулируя. Потом, в последний раз махнув рукой, идет к нашей машине.
— Что-то случилось? — пытаюсь поймать его взгляд в зеркале заднего вида.
Он включает передачу и сдает назад.
— Не волнуйся, все хорошо. Ложись, отдыхай, — перехватывает в зеркале мой взгляд и, обернувшись, пожимает мою руку своей, горячей.
Следуя его совету, укладываюсь и рассматриваю своего спасителя. Машина плавно трогается вперед. И снова мысли не дают мне покоя.
— Ой! Совсем забыла! — Приподнимаю голову. — Клад-то из тайника сейчас у моих родителей. Я скажу маме…
— Тш-ш-ш… Вот и хорошо, скажешь, заберем, ни о чем не думай, — и снова его рука успокоительно пожимает мою. — Вот сейчас в больничке врач тебя посмотрит, и тогда я буду спокоен.
— Девочки-красавицы, таблеточки и укольчики, — нежным голосом нараспев произносит молоденькая медсестра, заходя в нашу палату.
Солнечный луч медленно, словно дразня, все ближе подбирается по подушке к моему лицу. Я, чувствуя его тепло, расплываюсь в улыбке и потягиваюсь.
Здесь кроме меня еще двое: Тамара, женщина лет шестидесяти, и Ирина, моя ровесница. Каждая из нас получила сотрясение при интересных обстоятельствах, и мы уже успели обменяться своими историями. Хотя я, по просьбе Ратмира, рассказала совершенно иную версию произошедшего. М-да… Такова судьба секретных агентов. Ну и пусть я не агент, но, по крайней мере, засекреченный участник операции.
Усмехаюсь, откидывая одеяло, задираю край рубашки и, слегка вздрогнув, получаю дозу лекарства. Таблетки медсестра раскладывает в пластиковые мензурки на тумбочках и тут же исчезает.
После всех утренних процедур и завтрака мы занимаемся своими делами в ожидании обхода врачей. Тамара сидит на кровати и разговаривает с Ириной, заплетая седые, совсем белые волосы в косу. Их тихая беседа нисколько не мешает мне погрузиться в мысли о моем Лихоманце.
Мечта сбылась — мы наконец встретились, и он оказался гораздо интереснее, чем я себе представляла во время нашей переписки.
Вспоминаю, как в усадьбе, словно под гипнозом, не могла оторваться от его глаз. Воскрешаю в памяти черты его лица, будто прорисованные, придающие решительный и целеустремленный вид… Его низкий, с легкой хрипотцой голос… Его волосы, в которые хочется запустить пальцы… Его запах…