Райбер томился возле истребителя. От возбуждения его ноги подкашивались. Его ждало крайне волнительное путешествие…
— Слушай меня крайне внимательно и старательно запоминай, — Али сидел на столе импульсной установки и качал ногой. — То, что я скажу, очень важно. Сейчас мы отправимся в твой мир. Первым пойдёшь ты, я — следом. Попрошу без фокусов. Любая твоя не санкционированная выходка повлечёт за собой серьёзные последствия.
— Ты на что намекаешь?
— Мне не известно о чём ты думаешь на самом деле, что собираешься сделать, когда попадёшь к себе. Поэтому, чтобы исключить возможную самодеятельность, хочу предупредить — жизнь твоих соплеменников находится в твоих руках.
— Неужели ты боишься измены?
— Умный мальчик. Всё схватываешь на лету. Чтобы избежать эксцессов, мы предприняли меры предосторожности. Если я не прибуду в Мирный к заранее оговоренному сроку — всем поселенцам, без промедления и содрогания, отвинтят головёнки…
— Тогда я никуда не полечу. Я не имею права ставить жизнь своих товарищей по несчастью в зависимость от слепого случая и непредвиденных обстоятельств.
— Извини, меня совершенно не интересует твоё мнение. Я тебе просто объясняю условия, обязательные к исполнению. Ты дал согласие, и полетишь в любом случае, и будешь вести себя крайне аккуратно, осмотрительно и без резких телодвижений. Выбора ни у меня, ни у тебя нет!
— В таком случае…
— Заткнись! Я хочу оградить от любых поползновений несчастную Землю, многострадальный народ! Они прошли через ужасные муки, страдания, издевательства, унижение, причиненные вами. И теперь, когда жизнь ценой титанических усилий несколько нормализовалась, я не позволю какой-то засраной лаборатории всё разрушить. Вилли Лаберу, сиречь — Руководителю, были приданы три робота. Двое погибли при весьма трагических обстоятельствах, и если потребуется, я, не колеблясь, последую за ними. Поверь, моя смерть не будет напрасной! А теперь в путь!
— Последний вопрос. Чем мы унизили и оскорбили людей?
— Вы сделали из землян аттракцион, парк развлечений. Расстреливали их без зазрения совести из чего ни попадя. Травили всякой гадостью. Ковырялись у несчастных в мозгах. Плодили монстров! А затем, для пущей убедительности, выжгли эту планету каким-то мерзопакостным излучением! Не забывай об этом ни на миг!
Когда Али прибыл в мир райберов, Малин находился в бессознательном состоянии. Пока робот возился с одеждой, осматривал штурмовик и соображал, куда следует податься в первую очередь, напарник стал подавать признаки жизни. Вскоре он уже мог твёрдо стоять на ногах и самостоятельно двигаться.
— Я надеюсь, у тебя нет претензий ко мне. Я совершенно лоялен, — про-хрипел Малин, нервно потряхивая головой.
— Ещё не вечер, — холодно парировал робот. — Первым делом мы навестим административный блок, на который ты сейчас укажешь пальчиком. К сожалению силёнок штурмовика не достаточно, чтобы запитать компьютер большой мощности с всякими там блокировками, ловушками, кодами доступа и уютными закуточками, куда любой дурак со спокойной душой способен запрятать что угодно. Придётся путешествовать на корабле, где хранились люди. У него приличная по всем параметрам, хоть и ветхая, энергоустановка.
— О чём это ты? Я ничего не понимаю?
— Ещё при первой встрече мы популярно пояснили — Руководитель, единственный, кто выжил после облучения Земли. Остальных людей мы доставили отсюда, из твоего мира. Они хранились на специальной станции в законсервированном состоянии.
— Этого никак не может быть, — возразил Малин. — Я находился, через друзей, в курсе всех дел, касаемых изъятия и обработки землян. Я всегда интересовался историей нашей цивилизации. Если бы где-нибудь существовал запас — я бы непременно знал…
— Со дня последнего похищения прошло достаточно времени. Многое забылось за ненадобностью, или по чьему злому умыслу, — робот невольно вспомнил кургала. — Пошли, я тебе покажу нечто интересное…
Напарники прошли через два помещения и остановились возле дыры в полу.
— Сюда я сбрасывал остатки блоков, в которых хранились земляне.
Райбер нагнулся и стал напряжённо всматриваться в пустоту, затем встал на корточки и бросил через плечо:
— Держи меня за ноги. Там что-то поблёскивает. Я попробую достать…
Минут пять оба сосредоточенно пыхтели, возились, ёрзали и, наконец, Малину удалось зацепить скользкий брусок.
— Тяни меня назад. Осторожней, здесь очень острые края…
Потом, сидя на полу, Малин внимательно рассматривал находку. Он царапал её коническим ногтем, стучал об пол и, после короткого размышления, объявил:
— Это специальная пластмасса. Её некогда использовали при длительных перелётах. В ней продукты долго не портились…
— Ею завален весь нижний этаж.
— Знаешь, а мы думали, будто вы нам солгали относительно трагедии на Земле. Сейчас я понимаю, каким образом всё произошло. Долог путь к пониманию. Предрассудки сильны. Недоверие затуманивает разум. До чего глупо мы все устроены…
— Отлично, с одним заблуждением мы разобрались, — сплюнул робот. — Теперь пошли на корабль. Посмотрим, что к чему…
