Командир минного заградителя «Альбатрос», который своим силуэтом действительно очень походил на крейсера типа «Газелле», был здорово ошарашен, когда сигнальщики закричали о приближающейся торпеде, но решение принял верное, и корабль достаточно грамотно лёг на курс, который позволял уклониться от атаки. Но вот когда нарисовалась и вторая, деваться стало просто некуда. Одна из двух тысяч рублей, собранных Российской империей со своих налогоплательщиков, не пропала зря: сто килограммов взрывчатки были доставлены к борту вражеского корабля. Рвануло. А «Альбатрос» нес в своих трюмах сто пятьдесят мин для их установки перед Либавой. Ещё полтора десятка тонн тротила мгновенно превратились в стремительно расширяющиеся газы. Минзаг разорвало почти на атомы. Не спасся никто…
Один из двух немецких минных заградителей специальной постройки приказал долго жить – весьма серьёзная потеря. И принц Генрих, командующий силами германского флота на Балтийском море, и гросс-адмирал Тирпиц лучше предпочли бы потерять крейсер, чем этот невзрачный кораблик. Да и вообще потери на Балтике становились пугающими: «Магдебург», «Принц Генрих», «Альбатрос»… А ведь война только началась…
Причём и на этом неприятности для Флота открытого моря не закончились: не прошло и недели, как броненосный крейсер «Принц Адальберт» проехал пузом по мине из заграждения, поставленного в Данцигской бухте русскими миноносцами. Сначала немецкие моряки даже не поняли, что произошло, – корабль лишь слегка вздрогнул, некоторые на борту даже подумали, что он таранил подводную лодку, но донесения о том, что вода затапливает различные отсеки, восприняли уже как информацию об атаке подводной лодки. Капитан цур-зее Михельсон приказал повернуть и уходить полным ходом на запад… Ни к чему хорошему подобные пляски на минах привести не могли, и скоро последовал ещё один взрыв. «Принц Адальберт» накренился на правый борт и здорово сел кормой. Вода затапливала один отсек за другим, и вскоре крейсер перевернулся и затонул. Правда, эсминцам и шлюпкам с лёгкого крейсера «Любек» удалось спасти большую часть команды.
Кроме того, в начале сентября и англичане устроили «крейсерскую резню» в Гельголандской бухте. В результате Хохзеефлотте лишился ещё четырёх вымпелов: «Ариадне», «Фрауэнлоб», «Кёльн» и «Штутгарт», а британская подлодка «Е-9» у берегов Дании пустила на дно «Хелу» – крейсерок маленький и слабенький, но, тем не менее, ещё «минус один».
Командующий Флотом открытого моря адмирал Ингеноль распорядился перевести на Балтийское море Четвёртую и Пятую эскадры линкоров – звучит грозно, но на самом деле это были пожилые и достаточно слабые броненосцы типов «Виттельсбах», «Бранденбург» и «Кайзер», при встрече с английскими дредноутами они были бы просто обречены, а так вполне могли оказать помощь своей армии, поддерживая её приморский фланг огнём тяжёлых орудий.
Впрочем, это неожиданностью не являлось, а вот известие о том, что в полное распоряжение принца Генриха перешли не только «Роон» с «Йорком», но и «Блюхер» (а в достоверности сведений, добытых агентами Непенина, сомневаться не приходилось), здорово осложняло ситуацию для русского Балтийского флота. Этот «недолинейный» крейсер создавал на море ситуацию постоянной угрозы – ни один отряд, вышедший в открытое море без прикрытия линейных сил, не мог чувствовать себя в безопасности. Разве что «Новик» мог уйти. Впрочем, «Новик» мог уйти вообще от любого корабля в мире… А так – «Блюхер» становился полновластным хозяином морского театра военных действий.
Но Эссена это не испугало – командующий флотом вывел на очередную операцию по минированию Курляндского побережья не только собственно минзаги «Амур», «Енисей» и «Ладога», не только Первую бригаду крейсеров плюс «Рюрик» и миноносцы, но и броненосцы «Андрей Первозванный» и «Император Павел Первый». И на «Блюхер» с лёгкими крейсерами всё-таки наткнулись.
Сначала германский тяжёлый крейсер обнаружил «Баяна» и «Палладу», и фрегатен-капитан Эртман решил, что ему выпал шанс уничтожить один, а может быть, и два русских броненосных крейсера, поэтому он азартно устремился в погоню за противником, который почему-то отходил к югу. «Блюхер» превосходил своих противников в бортовом залпе вдвое, на курсе преследования – минимум вчетверо. Превосходство в скорости – три-четыре узла…
Однако скоро на горизонте нарисовался дым идущего на выручку своим братьям «Рюрика» – а это уже серьёзно… А потом вообще появились ажурные мачты русских броненосцев. С такими серьёзными «дядьками» немцу было весьма опасно для «здоровья», поэтому «Блюхер» вместе со своим сопровождением поспешил отвернуть и воспользоваться ещё одним своим козырем – превосходством в скорости. Но поймать десятидюймовый с «Рюрика» он всё-таки успел. Прямо в кормовую рубку. Ещё семнадцать немецких моряков не обнимут своих жён, матерей, детей…
