"Ты спросишь, из-за чего сыр-бор разгорелся? К сожалению, сейчас я предпочитаю избегать подробностей: маловероятно, но мое послание могут прочитать и те, кому оно совсем не предназначено! Скажу только, что это логическое развитие истории с моим увольнением: "исследователь СБ не имеет права делать профессиональные интересы личными!" А если ему еще и удается узнать что-то по-настоящему интересное, и этим «чем-то» он из личных соображений не хочет поделиться с коллегами, то и возникают ситуации, подобные моей. В данном случае предметом конфликта стали необычайные способности одного моего знакомого эспера-эмигранта: да, согласен, они могут быть опасными, но я все равно не могу и не хочу делать предметом исследования доверившегося мне человека, причем человека и без того с весьма нелегкой судьбой…"
— Так это все-таки Сэм! — воскликнула Инга. — Черт возьми… Но как Евгений нашел его?
— А может быть, — мягко заметил Дэн, — это он нашел Евгения? Это тебе не приходит в голову?
— Мне больше приходит в голову, — сердито ответила Инга, — что Лиза и Юрген не зря испугались! Если дело в способностях Сэма, то каждый из тех, кто был знаком с ним, может оказаться похищенным…
— Валерий, — быстро спросил Дэн, — простите, а вы сами не замечали слежки? Каких-нибудь странных звонков, подозрительных посетителей?..
— Думаю, что нет, — после паузы ответил Валерий. — Но гарантию дать нельзя, конечно… Хотя: неужели оперативным службам СБ делать больше нечего, кроме как за мной следить?!
— А вы ничего не пытались сделать? — снова спросила Инга. — Ну, обратиться в полицию, например…
— Нет, — коротко ответил Валерий. — Ни в полицию, ни к репортерам я не обращался. Женька сам предупредил меня, чтобы я не делал этого… — он показал следующий абзац в письме:
"Я прошу тебя не вмешиваться в эту историю активно: во-первых, это принесет тебе кучу неприятностей, а во-вторых, станет опасным для меня и для моего подопечного. Помочь мне могут только мои коллеги — те самые, чьи адреса в конце письма. Тебя я прошу об одном: позвони кому-нибудь из них и узнай, получили ли они мои письма. Если нет, то объясни ситуацию."
— Я звонил тем из них кого знаю лично, — сказал Валерий. — Сразу, как получил это письмо.
— И что? — насторожился Дэн.
— Ну, письма они получили, об аресте знают… а на подробностях я пока не настаивал! Да и не скажут они мне ничего конкретного, — с прорвавшейся горечью признал Валерий. — Во-первых, побоятся огласки, во-вторых, зачем им помощь непрофессионала?
— Вы думаете, что служащие СБ вообще откликнутся на письма бывшего коллеги, который забыл о служебном долге? — с откровенным, где-то даже презрительным недоверием переспросил Дэн. — Сомневаюсь я что-то…
— Перестаньте! — резко прервал его Валерий. — Не могут все они быть подлецами. Евгений тоже там работал, не забывайте…
— Ну, и чем он кончил?
— Он еще жив, — тихо сказал Валерий. — И не надо хоронить его раньше времени!
В этой негромкой фразе несогласия с судьбой было больше, чем в самых страшных проклятиях — и Дэн почувствовал это. Но быть несогласным — еще не значит быть на что-то способным… а что в сложившейся ситуации мог сделать Валерий? Зная, что бессильные протесты мучительны, Дэн попытался успокоить его.
— Не волнуйтесь, — и словами, и эманацией сказал он. — Все будет хорошо…
Инга скептически усмехнулась на это обещание, но промолчала. Валерий же, переводя взгляд с нее на Дэна и обратно, решал, стоит ли читать им последние фразы письма. В них уже не содержалось никакой информации, более того, они были очень личные… но может быть, именно поэтому этим зазнайкам-эсперам и надо было их услышать?! Ведь Валерий знал, как тяжело пришлось его другу из-за их презрения к "нормальным людям"!
"Впрочем, мне кажется, что вся эта история началась гораздо раньше а именно, когда я позволил себе проявить неслужебный интерес к эсперке. И теперь меня больше всего мучает именно то, что Юльке во всех этих переделках тоже крепко достается. Но что я могу сделать? Она первая не простит меня, если я струшу и поверну назад… не то, что не простит просто не поймет!"
Дэн, не говоря ни слова, грустно вздохнул: как все связано в этом мире! Он не раз думал об этом: ведь если бы год назад они не прогнали Евгения, все могло сложиться по-другому… или нет? Дэн помнил предсказание Юргена: Юля должна выйти замуж за Евгения и вскоре погибнуть. Если бы можно было понять тогда, какая гибель имеется ввиду! Ведь все посчитали, что она просто не выдержит постоянного общения с нормальными людьми, покончит с собой или сойдет с ума… А на самом деле вон оно как вышло!
Но можно ли теперь исправить эту ошибку? Теперь, когда отовсюду чудится угроза и в каждом прохожем подозреваешь агента СБ?.. "Нет, подумал Дэн, — уже поздно: могут ли два эспера бороться против мощной организации? А Юля, в конце концов, сама сделала свой выбор!.."
— Простите, — обратился он к Валерию, — уже поздно… Вы не подскажете, как нам лучше добраться до столицы?
Валерий взглянул на часы.
