— Извините меня, Инга, — неожиданно сказал Валерий. — Извините, я не хотел обидеть вас. На самом деле: чем вы можете помочь? Эх, если бы я только знал где прячут Женьку!..
— И тогда вы смогли бы что-нибудь сделать? — быстро спросила Инга.
— Естественно! — Валерий даже удивился. — Дальше все очень просто. Но как найти секретную базу СБ, не имея доступа к их документации?
— А может быть, и есть способ! — откликнулась Инга. — Иногда Дэн умеет делать удивительные вещи…
Ее перстень блеснул, словно живое одобрение решительности, и Валерий тут же обратил внимание на странную вспышку:
— Что это?!
— А это знак того, — усмехнулась Инга, — что все происходит магически правильно!
После допроса Юли расследование, до сих пор топтавшееся на месте, резко сдвинулось с мертвой точки. Механизм бесконтактного убийства стал более или менее представим — и теперь самое время было провести решающий эксперимент. Вот только до сих пор никому из участников программы не приходилось проводить столь рискованных экспериментов…
— По-моему, провести эксперимент не только можно, но и нужно, решительно заметил начальник группы биофизики. — Это единственный способ узнать все наверняка, а не теряться в догадках. В конце концов, всегда найдутся добровольцы, готовые рискнуть жизнью за достаточную сумму!
— Ну, думаю, здесь таких добровольцев вы не найдете! — отозвался руководитель медицинской секции. — Кто знает, насколько на самом деле управляема эта дьявольщина?..
…Совещание происходило в кабинете Гуминского. Помимо старших исследователей, на этот раз был приглашен начальник охраны — и возможно именно его присутствие нарушало нормальную рабочую атмосферу. За почти полтора часа не было высказано решительно ничего осмысленного, кроме бездарных страхов и еще более бездарных нравственных сомнений. Но больше всего Гуминского удивляло, почему молчит Сара…
Наконец он не выдержал и обратился к ней прямо:
— Госпожа Даррин, вы находите возможным провести эксперимент с подопечным Миллера?
Сара вздохнула и поднялась.
— Да… — начала она странным тоном, глядя в сторону. — В принципе это возможно…
— В принципе? — переспросил шеф. — То есть вы тоже считаете, что тут есть риск?
— Нет, риска тут нет, — опять словно бы через силу ответила Сара… и как ни странно, никто не заторопился возражать ей: все ждали продолжения. — Не обязательно же приводить подопытного в полное сознание, достаточно, чтобы он стал понимать слова…
— И что вы собираетесь ему внушать? — поинтересовался начальник медицинской группы. — Что конкретно… какие слова вы будете произносить?
Сара пожала плечами.
— Нам предположительно известен механизм запуска бесконтактного убийства, это я и собираюсь использовать. Внушить, что такой-то человек подлец и достоин смерти… А наблюдать за этим человеком и спасать его… — Она быстро повернулась к Майзлису. — Это уже ваша забота! Надеюсь, задача не окажется совсем уж невыполнимой? Понимаю, что это очень трудно: спасти неизвестно-от-чего!..
— Не неизвестно-от-чего, а от вполне реального несчастного случая, пусть даже неопределенного, — мягко возразил начальник охраны. — Эта задача кажется мне вполне решаемой! Не со стопроцентной гарантией, конечно… но в конце концов, это уже дело того, кто рискнет.
В кабинете повисло молчание. Похоже, общая часть наконец-то была преодолена — и теперь надо было переходить к более конкретным вопросам. Конечно, в первую очередь всех интересовала процедура подбора добровольцев. Видя, что решения ждут от него, Гуминский приготовился высказать свои соображения, когда неожиданно заговорил молчавший до сих пор Балашов.
— А не могли бы вы уточнить, госпожа Даррин, — поинтересовался он, не глядя на Сару — как именно вы собираетесь знакомить вашего подопытного с предполагаемыми добровольцами?
Сара недоуменно взглянула на Балашова — с чего это "старший вычислитель" решил принять участие в разговоре? Краем глаза она заметила, что остальные смотрят на него с не меньшим удивлением.
— Что вы имеете в виду? — переспросила она, поняв, что от неожиданности прозевала суть вопроса.
— Я имею в виду, что «монстр» должен быть знаком с своей жертвой. Пусть не лично, все равно… — охотно пояснил Балашов, несколько оживляясь. — Ведь уже установлено, что перед убийством Лантаса он достаточно много интересовался его личностью, даже ходил на митинг с его участием. И это притом, что Лантас — человек всем известный и весьма яркий. А как же быть с ничем не примечательным добровольцем?
— Вы хотите сказать… — начала Сара, но Балашов перебил ее:
— Да, я хочу сказать, что предполагаемая жертва должна быть уже знакома с миллеровским подопечным. Иначе — чтобы он смог воспринять новую информацию! — его придется пробуждать полностью… Или вы сможете дать ему представление о незнакомом человеке только словами?
