– Очень богатая и… шикарная… понимаете? Или, скорее, безупречная. Всегда тщательно одетая. Как вы. Я вижу вас во второй раз, и вы опять тщательно одеты. Не то что я… – Докторша взмахнула рукой с улыбкой человека, который не прочь посмеяться над собой.
Сандрина не улыбается, потому что ей эта женщина кажется прекрасной. Ей очень идет ее рабочая одежда. А сегодняшние косички делают ее похожей на царицу. Она не понимает, к чему эта красавица ведет и зачем обманывает, ведь Сандрина плохо одевается и знает об этом.
А докторша продолжает:
– У нее очень серьезная работа. Она помогает многим людям. Разумеется, я никогда и ни за что не скажу вам, как ее зовут, но я скажу то, что гораздо важнее ее имени. У этой столь обеспеченной, столь элегантной и успешной женщины был муж, который годами плохо с ней обращался. Бил ее, насиловал… Она была одной из моих первых пациенток. Ко мне попала почти случайно, я тогда только начинала… Но я долго за ней наблюдала. Годами. И всему, что я замечала, всегда находилось оправдание. То она стукнулась о дверь, то споткнулась на лестнице, то не заметила, что дверца шкафа открыта… И у нее были такие же, как у вас, повреждения влагалища. И сейчас я скажу вам самое главное. Если вы не согласны на секс, то это изнасилование. Если кто-нибудь, кто угодно, ваш парень или муж, берет вас, когда вы говорите «нет», это преступление. Теоретически за это могут посадить.
– Зачем вы мне это говорите? – Слова вырываются у Сандрины с гораздо большим раздражением, чем ей хотелось бы.
Снова наступает молчание, еще более длительное, потом врач говорит:
– Просто так. Чтобы поговорить. Чтобы сказать, что, когда эта женщина все-таки нашла в себе силы рассказать мне о том, что с ней происходит на самом деле, и когда она поняла, что готова уйти, я помогла ей. И не я одна. Полицейские. Ее адвокат… Есть женщины, которым удается уйти и вновь обрести здоровье и свободу.
– Я могу оплатить консультацию?
Сандрина не хочет здесь оставаться, не хочет отвечать, ничего больше не хочет.
– Да, – отвечает гинеколог, и Сандрина кладет на стол нужную сумму – наличными, без сдачи.
– Сандрина, – мягко произносит доктор. – Есть женщины, которые не уходят. Потому что это трудно, крайне тяжело для них. Они остаются, и иногда их убивают. Да, рано или поздно их убивают. Вот, возьмите.
Сандрина уже в пиджаке, накидывает ремешок сумки на плечо.
Доктор подталкивает к ней брошюрку:
– Возьмите, прошу вас. Пожалуйста. И берегите себя. Приходите ко мне с результатами анализов. Хорошо? Ради ребенка. Это главное. Понимаете?
Сандрина не глядя сует брошюрку в сумку и уходит. В холле администратор жестом подзывает ее и предлагает назначить время очередного визита на следующей неделе. «Да, хорошо», – говорит Сандрина, не раздумывая, ей хочется поскорее уйти, и только.
– Мы можем послать вам эсэмэс накануне, чтобы напомнить о времени консультации, – с доброжелательной улыбкой говорит молодой человек за стойкой.
Сандрина уже по горло сыта этими доброхотами, от которых у нее одни проблемы, и она отвечает:
– Нет! Ни в коем случае. Я все запомнила, занесу в ежедневник, ничего не надо.
Молодой человек удивляется, но говорит:
– Хорошо, тогда до следующей недели.
На улице Сандрине сразу становится легче дышать, она чувствует, как у нее горят щеки, вот только от чего? От стыда, конечно, и от страха. Хорошо еще, что она обошлась без страховочной карточки, так что ее муж не сможет увидеть, что на банковский счет поступит компенсация за визит.
В конторе она идет в туалет с сумкой в руках. Она решила выбросить брошюрку в мусорку для тампонов. А что еще с ней делать? Брошюрку нельзя оставить в сумке – он проверяет сумку каждый вечер. И на улице она не может ее выбросить – кто его знает, не прячется ли он где-то поблизости, не шпионит ли за ней. Подберет брошюрку и решит, что она кому-то пожаловалась. Корзина для бумаг на работе тоже не вариант. Вдруг кто-то увидит, начнет задавать вопросы.
Она держит маленькую книжицу в руках. Розовая, зеленая и белая, довольно толстая.
Читает:
Ниже варианты ответов, и надо оценить, отвечают они действительности или нет.
