С этого дня Кайро стала поглощать книги по теории некромантии одну за другой. Вместо игр девочка предпочитала отныне руны и тёмно-магические заклинания. Теория давалась ей непросто. Иногда она сдавалась, сетуя на своё решение стать сильнее. А затем снова бралась за свою лень, и учила, учила, достигала азы магии упорством и терпимостью. Вскоре упрямство Кайро дало результат — появились слабые отголоски проснувшегося дара. И это стало первым сильным, ярким толчком к дальнейшему развитию.
После долгих уговоров ей все-таки посчастливилось склонить непробиваемого Укку к тому, чтобы он стал её наставником.
Наставник отнесся к просьбе скептично. Он пошёл дочери Хитори навстречу, понимая, что хватит и одного урока, чтобы девочка сдалась и бросила это неженское занятие.
Но события развивались иначе. Укку даже не подозревал, насколько Кайро упорна в достижении своих целей. Её не пугали ни синяки, ни царапины, ни синие круги под её красивыми глазами. Она была готова тренироваться сутками напролет, если бы ресурсы организма позволяли.
— Следи за моими движениями, — вторил Укку, хмуро взирая, как деревянная палка трясется в руках Кайро.
У неё не получалось биться с мужчиной, который сильнее её в разы, а соперника-одногодки не было. Да и девочка просила её не щадить. И вот после нескольких десяток попыток достать наставника, она уже едва держалась на ногах.
— Не дай мне себя достать! Если я попаду — ты труп! Будь проворнее, избегай ударов. — продолжил Укку, коря себя за то, что однажды согласился тренировать Кайро.
И ведь не откажешь ей. Вон как старается. А главе дома, кажется, до Кайро совсем дела нет. Хитори и не заметит, как из его дочери вырастит воин. У всех бы воинов, под началом Укку, было столько упрямства, сколько у этой маленькой девочки.
Прошел год, прежде, чем появились первые результаты. Кайро стала значительно проворнее. Теперь она с лёгкостью избегала ударов Укку, и даже, незаметно для него самого, заставала старого воина врасплох. Кайро удавалось касаться Укку, и если бы в её касание была вложена магия, на поле боя наставнику пришлось бы постараться, чтобы не оказаться тяжело раненым.
Ещё через год девочка изобрела собственные магические доспехи.
Как такое смогла создать девочка-подросток Укку ума не мог приложить. Знал только, что Кайро ночами, вместо сна, изучала книги по некромантии. Очень много книг. Её комната была завалена ими, даже окна оказались заставлены стопками. Кайро, обладая слабым даром, создала нечто невероятное. И на вопрос, как такое возможно, хитрая девчушка лишь ответила, что сила мага в уме, а не в буграх мышц. Впрочем, она пообещала сделать такие же доспехи для «любимого» наставника.
«Любимый наставник» — Укку улыбался, когда мелкая негодница легко располагала к себе людей. Её все воинство Хитори обожало, души не чаяло, да и любые просьбы исполняло, заслышав ласковые слова. Казалось, речь Кайро действовала столь же эффективно, как приказы главы дома. Она действовала изощренно, не силой, а манипуляциями. Пожалуй, встреть её Укку на поле боя через десяток лет, и ещё вопрос, кто возьмет верх.
Со временем Кайро стали воспринимать как «своего» в ряду воинов Хитори. Не как наследницу дома, а именно равную по силе воительницу. Если говорить о магии, то с её применением, девчонка порой одерживала победу даже над Укку. Ребята смеялись — скоро на место главы отряда поставят дочь Хитори. А Укку вовсе не обижался, он гордился девочкой.
В день, когда Кайро должна была выбрать для себя учебное учреждение, она настояла на академии Тёмных сил. Академии, где обучали боевых некромантов — сильнейших в империи Рудворк.
Девушка вошла в кабинет отца, упрямо поджав губы. Ей так и слышался наперед его ответ — «Ты слишком слаба, Кайро, чтобы учиться там».
Однако, глава дома задумчиво оглядел фигурку дочери, облаченную в мужскую одежду, задержал взгляд на грязных пятнах, запечатлевшихся на рубахе и вытертостях на брюках. Дрожащие от волнения ладони Кайро покрылись мозолями, а ногти стали далеки от совершенства. Руки девочки, в таком виде, вряд ли теперь принадлежали аристократке. Они принадлежали воителю, который умел держать в руках меч.
— Я одобряю, — выпустив клубы дыма от сигары, неожиданно произнес глава дома и подарил Кайро священную реликвию дома Хитори.
Ту самую, которая уравнивала возможности некроманта, который не может управлять нежитью с возможностями некроманта, способному к этому.
— Огненный меч, — прошептала обескуражено Кайро, боясь даже коснуться семейного артефакта, — он теперь мой?
— Твой, — кивнул глава дома, — ты стала сильнее, ты достойна стать главой дома. Однако, ты пойдешь в академию не только как ученица, ты пойдешь, как политик. Грядут перемены. Слушай меня внимательно, дочь…
Дикс де Раут погладил чешуйчатую голову Путо. Змеевидное умертвие ласково зашипело и вытянулось ввысь волнообразной лентой, позади нежити раскрылся пятнистый капюшон, обрамленный со обоих сторон крючковатыми иглами, направленными на соперника. Точнее на соперницу.
