Я закашлялась. Неожиданный поворот – Ян меня не предупреждал. Я будто бы склонялась к подобной мысли, ведь Тайная канцелярия белой нитью проходила через жизнеописание моего коллеги. Но, стоило ему раскрыть карты, все встало на свои места: и почему сгибался под плетью теневых богов, выслуживаясь не столько перед Креацией, сколь перед Канцелярией, чтобы доказать верность и вступить в ряды. Зачем только ему далось АИН? Едва ли из патриотической миссии.
Ворон молчал. Ян поднялся на ноги, показал безымянный палец с символом ладони и лотосом внутри:
– Здесь доказательство того, что Агентство
Тишина была недолгой. Чернобог заклокотал. Засмеялся, хватаясь за живот; надрывно, бешено, долго смеялся бог, а после закричал:
– Ни за что, вот те «крест»! Вера Беляева, – обратился ко мне больной фонарь его зрячего глаза, – мы заключили сделку, чтобы спасти Януса от смерти. Отдай долг кровью.
Напарник вздрогнул и медленно перевел на меня взгляд. Его голос зазвенел от натяжения:
– Солнышко, а почему ты умолчала о сделке с Дьяволом?
«Ведь и ты не рассказал, что ты божественный ноль-ноль-семь», – прищурилась я, но остервенелый вид Кощея вернул меня на землю.
– Кто ж знал, что продажа душ в ходу… – пробормотала я.
Напарник нащупал мою ладонь и, найдя пальцы, сплел со своими. Я улыбнулась одним уголком губ: это было похоже на знак прощения. Лукавить не стану – мне нравилось, что Ян не умел долго злиться на меня.
– Доволен? Наигрался? – внезапно спросил напарник.
Я перевела непонимающий взгляд с Яна на темнеющего от духовной накипи Чернобога.
– Янус… Ты, кажется, обо
– О чем это он? – спросила я.
– Зачем валился на колени? – усмехнулся Чернобог. – К чему ломал комедию?
– Закрывал гештальт, – саркастически улыбнулся напарник. – Тебе не понять, что такое совесть.
Я заметила кое-что, что насторожило меня: Ян завел руки за спину и сдавил магические знаки на пальцах – нервный тик из воспоминаний, связанных с его воспитателями.
– Ян! – окликнула я.
Напарник метнул в мою сторону взгляд изогнутых полумесяцами глаз и сказал:
– Порядок, детка.
Я нахмурилась и поднырнула к богу под руку:
– Объясни же, в чем дело. Я пойму. Приму. Прости, что перетрясла всех твоих скелетов в шкафу, что была не лучше инитийской журналистки из желтой прессы. Но ты мне небезразличен. Я люблю тебя, Янус. И, – сглотнула, – знаю, что ты делал
Бог погладил меня по щеке, натянув улыбку:
– Да что ты говоришь,
– Еще на Пятом этаже… – потерла переносицу я. – Ты проник в Подполье.
Ян пожал плечами, напустив на себя беззаботный видок, перевел взгляд на Чернобога и произнес то, что окончательно оборвало мою веру в реальность происходящего:
– А ты – Хранитель Нулевого слоя. Запрещенный антивирус, способный перемещаться между этажами.
– Разве-е-едчик, – осклабился Ворон. – Отец создал Пятого идеальной копией кригеллонского воеводы, а я – точная копия копии.
– Ты симулякр, – Ян постучал по ключу на пальце с ухмылкой, – и твой партак – убогая подделка.
«Чего?!»
– Подделка? – указала на Чернобога, который стер «пси», словно символа и не было. – Он же менталил мне мозги!
– Как? Обращался зверюшками? – спросил напарник, выгнув бровь, и я поняла глупость своего вопроса. Конечно, Нулевой консьерж умел принимать облики других хранителей; чего ему стоило обернуться вороном или волком?
– А в Соборе?..
– Это способность Пятого консьержа, которую наш «нолик» прикарманил.
– Не могу поверить, – простонала я, держась за голову. – Я же видела Чернобога с помощью мухи. Капля от капли…