Люди собирали свой неожиданный урожай серпами. Часть оставляли, чтобы доцвела. Надеялись получить семена. Морщинистые лица стариков и загорелые лица мужчин украшали улыбки. Никто не рассчитывал на урожай в этом месяце. Да еще на такой! Та часть земель, что считалась во владениях вороного графа почти бесплодными, наконец, разродилась! Да еще тем, что не купишь нигде более!
Бог Ветра тяжело вздохнул. Что бы ни говорили о его проделках, но он предпочитал помогать людям, а не наоборот. К тому же, это первый весомый вклад Улэ в их мир. Не считая тех странных и забавных существ, что Энель поселил, где придется. Но они мало на что влияли. А стебли сладкоеда, как его окрестили местные, изменят его и довольно сильно. По крайней мере, в тех местах, где почва богата такими же минералами. Когда-нибудь, люди научатся их добывать и использовать. Но пока что они считают, что по сравнению с богачами, живущими на плодородном черноземе, им не повезло.
-Здравствуй, добрый путник! – произнес какой-то старик, собиравший урожай на своем поле вместе со златокудрой девчушкой лет семи. – Кто такой будешь?
-Бог Ветра, - холодно ответил Энель.
Подчас ему нравилось наблюдать, как менялись лица смертных, когда они осознавали, что безобидный на вид белобрысый юнец не шутит. Старик действительно изменился в лице. Но не слишком сильно. Поджал губы.
-Зачем к нам пожаловал?
-Я создал для вас… вот это, - озаренный внезапной идеей проговорил Энель.
Когда остальные боги узнают о новом растении, люди поведают, что это дар от Энеля, бога Ветров! Они не узнают, что это проделки Улэ и по-прежнему будут считать моррока мертвым.
Старик отвернулся, почему-то скривившись.
-Создал? – тихо проговорил он. – Ну, спасибо тогда… раз создал.
С этими словами он вернулся на свое поле и принялся ожесточенно работать серпом. Удивленный Энель хотел было окликнуть его, но передумал. Некогда ему разбираться, что там думает ворчливый старик. Ему надо найти Улэ! И как можно скорее.
-В пору! – довольно проговорил Вьерк, облаченный в обнову.
Доспехи бога Грома сидели на нем, как влитые. Бельд аж залюбовался статной фигурой воина, по которой пробегали маленькие синие искры. Они появились, едва Вьерк нацепил доспех.
-Речной Герцог при виде тебя убежит! – одобрил мальчишка.
-А при виде тебя лопнет со смеху! – усмехнулся воин, поглядев на своего «вороненка».
-Не долго смеяться будет! – заверил Бельд, выудив из ножен свой огненный меч-кинжал.
Лезвие его увеличилось и вспыхнуло пламенем. Глаза Вьерка загорелись. Воин тут же выхватил свой новый клинок и легко ударил им по огненному мечу Бельда. Черный и огненный мечи сошлись и запели, вспоминая былые привычки. Когда-то им уже довелось биться, оба артефакта, как и их владельцы были не прочь повторить схватку бога Грома и Полуночного Ворона. Бельд проворно отскочил в сторону, пользуясь тем, что закованный в тяжелый доспех, Вьерк слишком медленно наступал. Воин размахнулся посильнее, целя в оперение на плаще мальчишки. Впрочем, опомнившись, он тут же поумерил удар. А ну-ка, причудливый «доспех» бога Ворона не выдержит?! Он ведь единожды этому мечу уже проиграл…
-Не здесь! – рявкнула из угла занятая вышивкой Летиция, ничуть не смущаясь, что повысила голос на своего покровителя и его сюзерена. – А ну марш во двор! Всю мебель переломаете же! Вот удумали!
Вьерк тут же вытянулся по стойке смирно. Опустил меч.
-Права она, - воин покосился на резной стул с мягким сидением, украшенный вышивкой в виде сплетавшихся листьев, который в запале отбросил ногой. – Давай во дворе потренируемся.
-Угу, - чуть смущаясь, согласился Бельд.
На один краткий миг Летиция напомнила ему мать. Давние полустершиеся воспоминания. О строгой и непреклонной женщине, которая, насколько помнил Бельд, его очень любила. Отец ненавидел говорить про нее. Ведь каждое упоминание заставляло его возвращаться к мысли, что она мертва.
-На тебе лица нет, - задумчиво проговорил Азинор, когда Заффруа вернулся в Громовой Дворец.
Застал бог Грома жреца за весьма любопытным занятием. Азинор учил Талэма создавать кнут из молний. Для этого жрец сначала показывал сам, как это сделать, разжигая кнут в руках мальчишки. Затем гасил его и дожидался, пока воспитанник повторит. Пока что максимум, что у Талэма вышло, было длинной молнией, продержавшейся секунд пять.
-Возможно я совершил ошибку, - вздохнул бог Грома, с размаху плюхнувшись на свой трон. – Возможно, ужасную.
Для тренировок Азинор выбрал именно тронный зал своего наставника по простой причине. Ломать вышедшим из-под контроля кнутом, здесь было нечего. Для трона и трещащих молниями стен, кнут не страшен. Зато подпитаться от них можно. Да и Талэму намного проще создавать молнии, когда перед глазами есть образец.
-Это какую же? – Азинор перехватил контроль над телом послушника и сел на пол, подогнув под себя ноги.
Заффруа устало упёрся лобом в ладонь. Рассеянно скользнул по мальчишеской фигуре особым взглядом. Как обычно она раздвоилась на мальчика и старика.