-Как демиурги допустили такое?! – возмутился Улэ. – Вендины же их творение! Такое же, как и люди!
-Люди и вендины воевали веками, - пожал плечами Конрад. – А еще люди воют с людьми. А вендины с вендинами. Ты думаешь, боги должны вмешиваться каждый раз?
Улэ надулся. Ему казалось, что если бы там был Энель, то семья маленького вендина осталась бы в живых. С другой стороны, даже бог Ветра не мог быть одновременно повсюду. И… не хотел. Они создали мир, но не жили в нем заместо всех и каждого. А после того, как Нашествие ожесточило богов, они и вовсе вмешивались крайне редко, по словам Энеля.
-Может, где-нибудь вендины еще остались? – с надеждой спросил Улэ. – Тогда мы могли бы проводить мальчишку в поселение его сородичей.
Которое потом тоже уничтожат люди. Если оно не достаточно далеко от них. Конрад задумался.
-Я кое-что слышал, когда учился в Академии. Далеко на западе, около Безжалостных Скал один из наших наставников несколько раз повстречал вендинов. Возможно, там сохранились целые племена.
-Я не могу туда пойти, - мальчик шмыгнул носом.
-Почему? Не бойся, малыш. Мы тебя проводим! – торжественно пообещал Улэ, начисто проигнорировав возмущенный взгляд Конрада, которому вовсе не хотелось тащиться через половину материка к Безжалостным Скалам.
Называйся они Скалами Блаженства или Прекрасным Местом, маг бы еще подумал.
-Дело не в этом, - печально сообщил маленький вендин. – Я на четверть человек. Меня там не примут. Мой дедушка, мамин отец, был человеком. Поэтому у меня шерсти так мало. И рога почти не растут.
Улэ с сомнением посмотрел на торчащую из прорех в штанах мальчишки густую курчавую шерсть. Если это «мало», то, должно быть, сородичи Лима покрыты шерстью так же, как его истинный облик!
-Гм, - задумчиво проговорил Конрад. – Тогда я не знаю, куда тебе пойти. Разве что устроиться на ярмарку добровольно. Иногда твоим сородичам везет, и относятся там к ним вполне сносно. Даже деньги платят кое-какие.
Улэ посмотрел на мага. Мальчишка молча хлюпнул носом еще раз. Жалобно. Конрад возвел очи к небу и застонал.
-Серьезно?! – спросил он какого-то незримого и явно отсутствовавшего на лесной поляне собеседника. – Да что я такого сделал?!
-Ничего, - снова заверил Улэ. – Думаю, богам просто не до нас.
К тому же, самого моррока все демиурги, кроме Энеля считают мертвым. И хорошо. Еще немного поворчав для порядка, Конрад все-таки сдался.
-Ладно, тогда ты пойдешь с нами, - вздохнул он. – И я понятия не имею, что с тобой делать.
-Для начала, покормить, - нахально подсказал маленький вендин. – Я ничего кроме грибов и ягод не ел уже с неделю.
Пока маленький вендин отъедался, Конрад и Улэ ожесточенно спорили. Улэ считал, что раз уж сородичи малыша не примут, то и «девать» его никуда не надо. Пусть с ними бродит. Конрад резонно возражал, что всю жизни они защищать малыша не смогут и все равно надо что-то решать. Найти такое племя вендинов, что его примет. Ну, или там…
-Улэ, ты мог бы изменить его! – пришла Конраду в голову блестящая идея. – Сделай так, чтобы он не отличался от людей!
Ошарашенный моррок с сомнением посмотрел в сторону мальчика. Юный вендин уплетал мучную лепешку с козьим сыром, не подозревая, какая участь нависла над ним. К разговору взрослых он не прислушивался, с чего-то решив полностью положиться на Конрада с Улэ. Видимо, рассудил, что раз уж спасли его от медвера, значит, дурного точно замышлять не станут.
-Ты с ума сошел! – возмутился Улэ. – Он же разумный! Разумных нельзя менять. А вдруг это изменит его личность?! Сотрет разум?! Да и вообще подобная процедура для жизни опасна!
-Насекомых ты же менял, - заметил Конрад. – И цветы. Я видел вчера утром, как ты «порезвился» на нашей прошлой стоянке.
-Одно дело добавить окраски десятку цветов! – возмутился Улэ. – И совсем иное вмешиваться в столь сложный организм. Я даже не представляю, как он устроен!
-То есть, чтобы превратить Лима в человека тебе надо для начала распотрошить парочку его сородичей? – невинно уточнил Конрад.
-И твоих, - сумрачно подтвердил моррок. – Не то, чтобы «распотрошить». Но без помощи настоящего демиурга может закончиться плохо. Это не вариант. Да и вообще… Мне почему-то кажется, что изменять его неправильно.
Конрад подперд голову стиснутым кулаком. Уставился на пламя весело потрескивающего костра. До него вдруг дошло, что мальчишка, поначалу не проявлявший никакого интереса к их разговору, сейчас затих и случает очень внимательное, каждое оброненное шепотом слово.
-Ладно, я тоже согласен, что это неправильно, - признал Конрад. – В мире вообще куча всего «неправильного». Не можешь превратить в человека, давай хотя бы иллюзию сделаем.
-Это мы можем! – обрадовался Улэ. – Малыш, иди сюда! Хочешь быть блондином или брюнетом?
Подскочивший к нему, прицокивая копытцами, Лим на секунду задумался. Его собственная кучерявая шевелюра была темно русой и напоминала чем-то плотную изрядно отросшую овечью шерсть.
-Я хочу быть взрослым! – отрезал мальчик.