Как и предполагал Улэ, потребовалось два дня на то, чтобы заколдованный мердвер проснулся. И еще четыре, чтобы его укротить настолько, чтобы животное перестало пытаться сожрать их троих. Теперь он покушался только на моррока, чуя в нем пришельца из иных миров. Да и то скорее шутливо.
-Не уверен.., - проговорил Конрад в десятый раз оглянувшись на финальную вернсию иллюзии наложенной на Лима.
Началось все с того, что Улэ честно представил, как мальчишка будет выглядеть, став постарше. Без рогов, избытка шерсти и человеческими ногами, конечно же. Но потом дело дошло до одежды. Оставлять на Лиме драные штаны было несолидно. Конрад отдал ему свои запасные, которые Лим кое-как затянул на себе при помощи веревки, чтобы не сползали. Но в таком виде разгуливать мальчику не захотелось. В результате сошлись на том, что одеяние мальчишки тоже будет иллюзорным.
-А мне нравится! – отрезал огроменый, закованный в серебристые латы широкоплечий рыцать, степенно следующий по просторному деревенскому тракту следом за Конрадом и Улэ.
-Да ты гремишь на каждом шагу! – возмутился Конрад. – У меня голова уже болит!
-Здорово я придумал добавить звуковую иллюзию, да? – обрадовался Улэ. - Не ворчи. Было бы странно, иди он бесшумно!
-Арр! – подтвердил следующий за ними попятам медвер.
Улэ внушил зверю, что его покормят на ближайшем же постоялом дворе. Учитывая, что так он и намеревался поступить, это было скорее обещание.
-Напомни, почему мы тащим эту зверюгу с собой? – сдался Конрад.
-Я же сказал, он мне нравится, - отрезал моррок. – Он забавный. А у меня никогда не было своих зверей.
-Ну, так создай! Что-нибудь… безобидное, - предложил Конрад.
-Мне нравится этот! – отрезал Улэ. – К тому же, он жил слишком близко к людям. Рано или поздно это бы плохо для кого-то закончилось.
-Знаешь, для того, кто создан уничтожать миры, ты слишком добр, - задумчиво проговорил Конрад.
-Думаю, я просто ошибка своего создателя, - пожал плечами Улэ.
Словно услышав его, в ответ подул теплый ветер. «Наплевать мне, чья ты ошибка», - прошелестел он едва слышно. – «Ты – самый правильный мой поступок за тысячу лет». Улэ растерянно завертел головой. Но никого, кроме Конрада, медвера и фальшивого рыцаря рядом не было.
Неурожай. Засуха. Бельд взялся за голову, не зная, что предпринять. Уж лучше бы соседи напали! Тогда он бы дал им отведать вдоволь огненных стрел! Но что делать с так невовремя обрушившейся на Черные Земли засухой?! Урожай еще не поспел. Вот-вот все погибнет и есть зимой многим станет нечего!
-Мм-ррр! – прорычал Бельд, от души запустив присланным ему с восточных окраин свитком в стену.
-Чего негодуешь? – осведомился Вьерк, зашедший в рабочий кабинет сюзерена.
Когда-то он принадлежал отцу Бельда. А прежде его деду и прадеду. Только ни один из них не потрудился оставить подробную инструкцию: «Что делать, если начнется засуха». Бельд смутно припоминал, что в неурожайный год отец делился с крестьянами запасами из замка. Он уже велел проверить амбары и закрома. Запасов достаточных, чтобы делиться, там не оказалось. Поистощились. То война, то просто годы, не то, чтобы неурожайные, а «так себе плодоносные». Ну и вот.
-Если не пойдет дождь, нам самое время сдаваться Речному Герцогу, - сумрачно произнес мальчик. – Надеюсь, что у него хватит запасов, чтобы всех накормить.
У Вьерка отвалилась челюсть.
-Че-го?! – возмутился воин. – Сдаваться? После всего?!
-А что нам остается делать? – хмуро огрызнулся Бельд. – Я послал гонца в Красные Земли, попрошу помощи у Ансельма. Но вряд ли он сможет дать нам достаточно зерна или хоть чего-нибудь. Мы не можем потерять этот урожай. А маги только руками разводят. Дескать не вызывается дождь, вот и все.
-Пробовал припугнуть их дыбой? - простодушно осведомился Вьерк.
Бельд хмыкнул.
-Голод пугает их так же, как и всех остальных. Жрецы в храмах непрестанно молятся. Да все без толку. Похоже, на нас разозлилась Эфсиния.
Мальчик осекся, вдумавшись в собственные слова. Это ведь было такое выражение. «Эфсиния разозлилась». Или там, «Заффруа гневается». С малых лет он не придавал этим фразам особенного значения. До тех самых пор, пока не увидел вживую бога Грома. И как река обрушилась на его воинов.
«Эфсиния гневается» на самом деле означает разгневанную богиню. Или богиню, которой не до Черных Земель с их засухой. Мало ли, чем она занята. Бельд подпер подбородок скрещенными пальцами. Окинул задумчивым взглядом лежащую на столе карту. Карта была небольшая и весьма приблизительная. До Речных Земель на ней было рукой подать. Пара сантиметров.
-Арвэ! – неожиданно вспомнил мальчик. – Я знаю, что надо делать! Попросим его!
-Э-э… причем здесь паж Речного Льва? – удивился Вьерк.
Бельд вспомнил стремительное тело, покрытое серебристой чешуей.
-Притом, что он имеет какое-то отношение к Эфсинии! – догадался мальчик. – Попросим его помочь нам!
Вьерк взвесил все варианты. Срочно покидать замок, тащиться в Речные Земли, из которых они однажды с трудом выбрались живыми. Рискнуть, прося слугу Речного Герцога об услуге. Которую тот едва ли способен исполнить.