К нам сперва тоже отнеслись, мягко выражаясь, без энтузиазма. Отношение начало меняться, когда мы оборудовали подземные емкости для хранения топлива, оснастили их электрическими насосами и механическими дозаторами, пожарными щитами, предупредительными знаками, проложили асфальтные подъездные пути. Более того, на каждой заправке появился магазинчик, в котором не только оплачивали покупку бензина, но еще могли приобрести запчасти, в первую очередь моторное масло, автомобильные камеры и шины, аккумуляторы, свечи, и еще прохладительные напитки, легкие закуски, хлеб и другие продукты повседневного спроса, а также сходить в бесплатный туалет. Многие заправлялись именно у нас, благодаря последнему заведению. Пока сходят отлить, машина уже заправлена. К тому же, мы брали на работу женщин, причем не только кассирами, но и заправщицами. Работа физически нетрудная и рядом с домом, дети под присмотром. Мы задали новый уровень сервиса, и это понравилось не только жителям, но и руководству города, кантона и даже президенту Совета кантонов Швейцарии Оскару Веттштайну, который приехал в начале сентября в Женеву на служебном автомобиле и заправился у нас.
После заседания Большого совета кантона, его секретарь пригласил меня пообщаться с боссом. Оскару Веттштайну шестьдесят три года. Невысок, круглолиц, волосы волнистые, залысины спереди, под носом широкие усы.
— Мне много говорили о вас, как об ученом, предпринимателе и военном летчике, — начал он с комплимента. — Скажу честно, меня расстроило, что вы продали авиакомпанию немцам, но, когда увидел, во что вложили деньги — ваши бензозаправки, подумал, что так даже лучше. У нас есть еще две авиакомпании, а вот таких хороших станций нет. Поговорил с президентом кантона, чтобы помог вам расширить сеть.
— Благодарю за содействие! — искренне произнес я.
Как раз в это время мы пытались получить земельный участок под бензозаправку почти в центре города, но упирался мэр Женевы, который сейчас стоял неподалеку от нас и ловил каждое слово.
— Заодно хотел поговорить с вами по поводу новых самолетов для наших военно-воздушных сил. Мы рассматриваем предложения разных компаний-производителей. Нам нужна будет и ваша оценка, как летчика с боевым опытом, — продолжил он.
— С удовольствием помогу, но я бы посоветовал отложить покупку года на три-четыре. Во-первых, авиационная техника меняется очень быстро, и то, что сейчас предлагают, а я знаю обо всех новинках, к тому времени окажется технически отсталым. Во-вторых, у меня есть предположение, что скоро случится экономический кризис, который затронет все страны мира, в том числе и нас, и деньги пригодятся для решения более важных задач, — сказал я.
— Экономический кризис⁈ — удивленно переспросил он. — Вы точно знаете?
— Я не бог, стопроцентной гарантии дать не могу, но по моим подсчетам — вероятностью процентов девяносто — громыхнет до конца этого года, — предупредил я.
Оскар Веттштайн посмотрел на меня так, будто надеялся увидеть, что его пытаются разыграть.
Поняв, что собеседник предельно серьезен, гмыкнул расстроено и произнес:
— Я приму к сведению ваши слова.
Не знаю, сделает ли президент Совета кантонов Швейцарии так, как сказал, но мэр Женевы его услышал, и через два дня у нас будет разрешение на строительство шестой бензозаправочной станции. Мы как раз закончили строить топливохранилище и служебные здания на аэродроме и сразу перекинули технику на новый объект.
Теперь мы покупали топливо не автомобильными цистернами, а железнодорожными у знакомой мне «Французской нефтяной компании». При содействии правительства кантона Женева к топливохранилищу была проложена одноколейная ветка от расположенной неподалеку железнодорожной станции. Бензин сливался в резервуар самотёком за несколько минут. Оттуда насосами переливали в автоцистерны и развозили по заправочным станциям, своим и чужим. Мы теперь стали еще и мелкооптовыми продавцами. В общем, подготовились к экономическому кризису.
39
