– Что происходит? – Тедди, уже высадивший свою пассажирку, подплывает ко мне. – У тебя такой вид, будто тебе срочно нужно пи-пи. Терпи, детка. Думай о чем-нибудь сухом.
– Ой да брось! Ты ведь знаешь, что я никогда не нарушаю правил.
– Я бы сказал, что уже облегчился, но… – Тедди так заливисто смеется, что я и впрямь начинаю опасаться за его мочевой пузырь. – Нет, я серьезно, что случилось? Ты вся какая-то напряженная.
– Когда я буду вылезать из бассейна, ты зажмуришься и не станешь на меня смотреть.
Тедди закрывает лицо пятерней. Между растопыренными пальцами выглядывает блестящий карий глаз. Мой смех заряжает Тедди новой энергией. Он опускает руку, и я вижу нахально вздернутые брови.
– А в чем проблема?
– Проблема в лишнем весе. – (Тедди подплывает поближе, но, поскольку мы барахтаемся в воде, меня это не смущает.) – Не все в раздетом виде выглядят так отпадно, как ты.
– Ты мне льстишь. – (Мы делаем круговые движения руками, наши колени то и дело соприкасаются.) – Рути Мари, скажи: а я красивый?
Мне становится трудно дышать.
– Нахальство – второе счастье. Каково быть таким самоуверенным? – спрашиваю я, уходя под воду.
– Я такой только с тобой. Но, не получив от тебя нужной реакции, сразу начинаю комплексовать. А потом смотрю на свое отражение в столовой ложке, и оно мне не нравится. К обеду я уже чувствую себя полной развалиной и самым безобразным типом на свете. – Доплыв до середины бурной реки эмоций, Тедди на секунду в изнеможении закрывает глаза. – Я несу полную чушь. Почему так происходит? На самом деле я вполне нормальный и адекватный человек.
– Хотелось бы верить. – Я глубокомысленно качаю головой.
Тедди неожиданно замирает. С его ростом ему нетрудно достать ногами до дна. Он кладет мою руку себе на плечо, как будто обнаружив, что я нуждаюсь в поддержке. Впрочем, так оно и есть. Ресницы Тедди – точно скрещенные пики. Под моей ладонью наколка в виде горящей спички, и я чувствую, как пламя жжет мне руку.
– Вот теперь благодаря тебе я чувствую себя красивым, – лукаво улыбается Тедди.
– Можно подумать, тебе требуется чья-то помощь, чтобы раздуть свое эго.
– Еще как требуется!
Необходимость сохранять в присутствии Тедди строгую мину превращает меня в брюзгу. Что будет, если я позволю себе немного расслабиться? Тедди станет неудержимым. Он меня просто задавит.
– А ну-ка живо показать руки! – кричит нам одна из старушек, и по поверхности бассейна эхом разносятся взрывы смеха.
– Хорошо. – Я вытягиваю свободную руку вверх, и смех становится громче.
– Неужели они всерьез подозревают, что я стану щупать тебя в разгар рабочего дня? Грязные старушенции.
У меня в мозгу медленно крутятся шестеренки.
– Ой, а я и не поняла! Значит, они обращались к тебе?
– У тебя явно нечистая совесть, да? Итак, на чем мы остановились? Ах да, на уверенности в себе. Держись так, будто ты лучшая из лучших. Почувствуй себя красавицей. – Тедди берет меня за руку и ведет в импровизированном водном вальсе. – Хочешь узнать секрет? – Он только успевает открыть рот, а я уже вижу нацеленный на меня, точно акулий плавник, комплимент. – Аккуратная и опрятная скромница – мой самый любимый тип девушек.
Ума не приложу, как ему удается так легко переключаться. Еще минуту назад он задорно гарцевал вокруг бассейна, а сейчас смотрит прямо на меня потемневшими глазами, и в его голосе слышится интимная хрипотца.
Все, пора вылезать из воды.
– Ладно, хорошенького понемножку, – говорю я, чувствуя, как Тедди одной рукой раскручивает меня вокруг себя, заставляя воду вскипать.
– Но ты мне не веришь. – Он притягивает меня к себе. – Твои глаза… – Он растерянно моргает и отворачивается. С чего вдруг такая застенчивость? Но он действительно стесняется, и мое сердце неожиданно сжимается. – Магнетические. Я чересчур сентиментален, твою мать! – Тедди с протяжным стоном уходит под воду.
Когда он выныривает, я строго говорю:
– Ты просто решил замутить с единственной особой женского пола моложе пятидесяти, которую здесь обнаружил. Вот так-то.
Но все, поезд ушел. Я чувствую приятное тепло, бегущее по позвоночнику, когда Тедди кладет руку мне на поясницу и нас разделяет всего лишь кусочек мокрой ткани.
– Научись принимать комплименты. Узнай себе цену. Ты потрясающая.
Уж что-что, а это слово мне подходит меньше всего.
– Очень великодушно с твоей стороны.
– Нет, я отнюдь не великодушный. Позапрошлой ночью я едва не вернулся к прошлым привычкам. Ты должна знать мой секрет. У меня сексуальный задвиг на Посланницу Небес, на Франсин Персиваль.
– Ну что ж, она великолепна.
– Обожаю аккуратных и опрятных девушек, пользующихся этикет-пистолетом и пахнущих пеной для ванны. Все банки с супом в буфете промаркированы и смотрят в одну сторону. Ванная по вечерам наполняется в одно и то же время. Боже, ты ходишь по комнате в пелене из пузырьков! Не скрою, я хочу съесть весь твой сыр и понежиться в твоей кровати.
– Я в курсе.
У меня сжимает горло, и голос звучит несколько странно. Слишком много слов с сексуальным подтекстом, которые так сразу и не переварить. Пузырьки, сексуальный задвиг, нежиться, кровать.
