– Пенсионерка могла из-за соли. Допустим, не поделили, или, того хуже, он шел за ней до подъезда, – капитан левой рукой крутил черный ус. – А уже в подъезде настиг и попытался завладеть ее солью. Она ударила его наотмашь пачкой соли, которая, когда долго лежит во влажном месте, становится как камень. Он выскочил из подъезда, глаза залило кровью, он метнулся интуитивно вперед, наткнулся на мусорный контейнер и с ходу угодил в него. Почувствовал себя в безопасности и затих. А умер от кровоизлияния в мозг. Кровь в контейнере обнаружили.
Все молчали. То, что пенсионерка, отстоявшая очередь за солью, не отдаст ее никому, было понятно каждому.
– Да нет, – Буряк хлопнул себя по лбу. – Соляной бум разгорелся только сегодня утром. Проехали.
– Ах, да. Сегодня. Конечно, – пронеслось по стоящим вкруг стульям.
– Хорошо. Дальше, – задавал ритм совещанию майор.
– Те, которые квартиру ремонтируют под доллары, – старлей почесывал переносицу, – не могли грохнуть и дальше обои клеить?
– Не думаю, – Рак поморщился. – Они, похоже, из дома не выходят. Все в работе. Посуды на кухне до потолка.
– Такая версия, – продолжил офицер, согласно очереди. – К самогонщику приходит клиент. Покупает бутылку и залпом выпивает. Перепутывает входную дверь с балконной и вываливается на тротуар.
После небольшой паузы майор произнес:
– Это все?
– Как-то так, – ответил офицер.
Все помолчали, и продолжил майор:
– Когда забрали в психушку хозяина квартиры на третьем этаже?
– Сегодня утром, – ответил Рак.
– Моя версия, – продолжил майор. – Хозяин квартиры совершил преступление, затем замел следы и вызвал к себе врачей психбольницы. Благо он у них уже лежал, и его план сработал. Они его забрали. Он решил там отлежаться. Прошу высказываться.
– В этом что-то есть, – произнес Рак.
– Определенно, – согласился Буряк.
– Однозначно, – согласились присутствующие.
– Не согласен, – заявил Николай.
– Поясни, – попросил майор.
– Я его хорошо знаю, – Николай обвел взглядом присутствующих. – Я навещал его, согласно инструкции. Он не убийца.
– И тем не менее версию необходимо отработать, – майор перевел взгляд на Рака и Буряка.
– Съездим, – кивнул Рак.
– Отработаем, – добавил Буряк.
– Вопросы есть? – на лице майора отражалось удовольствие от результата проведенного совещания.
– У меня, – Николай поднял руку.
– Говори, – кивнул майор, но тут же поднял руку. – Все свободны. За работу, за работу, – он три раза хлопнул в ладони и встал. – Николаев, освободи проход.
Все вышли, и майор вновь обратился к Николаю:
– Какой вопрос?
– Не нравится мне ремонт квартиры под доллары, – Николай состроил удивленное лицо. – Странно это. Не находите?
– Нет. Не нахожу. И никто, кроме тебя, не находит, – майор раздвинул жалюзи и взглянул в окно.
– Наверное, я не прав.
– Наверное.
– И тем не менее я направляюсь на эту квартиру, – Николай теребил головной убор. – Необходимо отработать и эту версию.
– Я вам запрещаю, – лицо майора потеряло все следы удовлетворения и выражало неудовольствие, граничащее с гневом. – Отправляйтесь в психбольницу вместе с Раком и Буряком.
– Я их догоню, – ответил Николай, выходя в коридор и закрывая за собой дверь.
Пока он глядел на закрытую дверь, в голову ему лезли одна за другой абсурдные мысли.
– А что, если всю соль разберут перед самым носом у бабушки, и она покатит свою тележку в другой магазин? А если у ее сумки-тележки отвалится колесо, и ей придется вызывать техпомощь?
От третьей же мысли Василия передернуло так, что он вскочил со стула и заходил по прихожей, спотыкаясь о бабушкины тапочки. Он схватил телефон, чтобы позвонить ей, и в этот момент в замочной скважине замурлыкал ключ.
«Ура», – пронеслось в голове, и он открыл первую легкую дверь из квартиры, за которой громыхал ключ во второй массивной, металлической двери.
– Ты чего? – удивилась бабушка. – Пропусти с тележкой. Уроки сделал?
– Сделал.
– Поел?
– Поел.
– И?
– Пойду к Вовке помогу ему с математикой. Ключи дай. Снова уйдешь за солью?
– Нет. Хватит, – бабушка присела на стул, тяжело дыша. – Устала. Завтра пойду.
Вовка обрадовался другу.
– Заходи.
– Нет. Отец звонил?
– Звонил.
– Пошли на окно посидим, подумаем, как лучше поступить.
Посидели, подумали, помотали ногами и решили: один остается в подъезде контролировать ситуацию, а другой идет в полицию разыскивать участкового.
Входными дверями в подъезд кто-то громыхнул, затем через две ступеньки зашагал вверх. Василий встал с подоконника, и его голова с частью туловища перевесилась через перила. То, кого он увидел вскоре, заставило его резко выпрямиться и приложить палец ко рту. Вовка кивал, спрашивая одними глазами, кто там.
– Участковый, – прошипел Василий. Они затаились.
Участковый подошел к двери маляров, и послышался длинный звонок.
Дверь никто не открывал.
Участковый вновь нажал кнопку звонка. Тишина. Послышалось бормотание и шарканье обувью, затем раздался голос участкового:
– Откройте. Это ваш участковый.
Из-за двери послышался негромкий голос:
– Извините, к нам уже приходила сегодня полиция.
– Я участковый. Это другое.
– Что другое?
– Другие цели и задачи.