В классе, в который они зашли, столы были расставлены буквой "П", "ножками" параллельно классной доске. За "ножками" стояли по двое учеников, за "перекладиной" тоже сидели два ученика, причем один из них с киянкой.
"Эти, наверное, судьи", – подумал Даниил Павлович. Ему было интересно.
Напротив судей, вдоль стены, сидели остальные ученики класса. Среди них он увидел своих внуков, которые с видимым интересом следили за тем, что творилось в центре класса.
Один из судей встал и сказал:
– Победила команда слева. Они более убедительно доказывали, что большевики победили в Гражданской войне случайно. К тому же они очень умело увели спор в сторону от темы поддержки большевиков со стороны большей части населения страны. В этих условиях у команды справа не осталось шансов победить в споре, потому что профессионализм, в том числе и военный, был на стороне белого движения. К тому же, Чесноков устроил балаган с соплями и криками. Мы ходатайствуем, чтобы ему не ставили зачет по теме. У нас все. Следующие.
После этих слов все ушли к стенке, а на их место вышли следующие ученики. Новый судья огласил вопрос: могла ли партия большевиков, находясь у власти год, избежать Гражданской войны. Позиции: слева – да, могла. Гражданская война – во многом следствие ошибок со стороны большевиков, справа – нет, не могла. Гражданская война была предопределена объективными условиями, в которых находилась страна. Слово – команде слева. 3 минуты. Пожалуйста, начинайте.
Парнишка взял в руки листочки и, поглядывая в них, начал говорить:
– Трудно сказать, что сделали большевики, чтобы предотвратить Гражданскую войну. Во-первых, они такой цели перед собой и не ставили. Подтверждением тому служит ленинский лозунг о неизбежности перерастании империалистической войны в гражданскую. Это было ожидаемо, как неизбежность.
Во-вторых, основную массу так называемых "ошибок" сделало Временное правительство, но большевики, придя к власти, не спешили их исправлять. Здесь и разагитирование армии, и братание с немцами, и ликвидация всех силовых ведомств: полиции, армии, судов – послужило социальной основой для белого движения – большинство офицеров осталось без работы, без доходов, без смысла существования. Они этот самый смысл искали и нашли в белом движении. Все было помножено на злобу всех против всех, на уголовщину, которая расцвела пышным цветом, на местечковый национализм, который мгновенно образовался на Украине, в Молдавии, на Дону, на Кавказе, в Крыму, в Сибири и Дальнем Востоке.
В-третьих, отсутствие опыта управления государством приводило к незавершенности действий. Например, декрет о Земле ввели, а продразверстку не отменили, как результат – хлеб крестьяне продолжили прятать. Во многих городах начался голод, чем пользовались беляки.
"Складно говорит, – подумал Даниил Павлович, – хотя и голимая антисоветчина. Если бы я сказал что-то подобное на политзанятиях, то меня уволили бы без выходного пособия". Он хмыкнул, посмотрел на внуков и не смог больше отвести от них взгляд, выпадая из того, что происходило в классе. Его внуки, которым, как он считал, ничего не было интересно, кроме своей компании, живо следили за тем, что говорят ребята, и на их лицах были видны закипающие эмоции, даже у Вовика. Они входили в азарт.
Но ему не дали досмотреть. Нонна Николаевна потихоньку потянула его за руку, показывая головой на дверь. "У нас мало времени", – шепнула она.
– А вы не боитесь, что ваши дети станут антисоветчиками? – спросил генерал КГБ, когда они вышли на улицу.
– Нет, не боюсь. Единообразие в мышлении – это гораздо большая антисоветчина. К тому же влияние идеологии на поведение людей, по-моему, сильно завышено. У каждого события есть, как минимум, три причины, и если вы их не видите, то вы глупец.
– Вас пора сажать, – хмыкнул Даниил Павлович. – Такие слова я не каждому разрешаю говорить!
– Сажайте, – рассмеялась Нонна Николаевна. – К тому же, эти слова не мои. Их сказал Лао Дзы больше тысячи лет назад. Умный был товарищ, кстати. Советую почитать. Меня Игорь силком заставил это сделать, о чем я теперь не жалею.
Даниил Павлович замолчал, не зная, что говорить. Он очень редко попадал в такие ситуации, потому что ему мало кто так свободно высказывал свои мысли. Совсем не хотелось доказывать правоту партийной линии, да и, вообще, говорить о политике.
– А куда мы сейчас идем?
– Вон в то четырехэтажное здание. Это общежитие. Там будут жить ваши ребята, если вы решите их нам доверить.
– А зачем школе надо иметь общежитие?
– Две причины. Во-первых, Вы не единственный, у кого проблемы с детьми. У нас таких сейчас около пятидесяти человек. Во-вторых, наша школа каждый год удваивается в количестве, поэтому мы не всегда успеваем решить вопросы их размещения. Надо еще учитывать, что поселок растет еще быстрее. Переселенцам мы не всегда можем сразу предоставить дом, а жить где-то надо всем, – пожав плечами, сказала Нонна Николаевна.
