Второй полностью

– Нам нельзя соленые помидоры, у нас по одной почке, – крикнула Вероника из соседней комнаты, она исследовала петровский дом, Лидкины фотографии. – А хозяйка в молодости красавицей была. Здоровая, видно, с двумя почками.

– А мне можно помидоры, хочу помидоры, Вероника, поищи в подвале помидоры! Пожалуйста! – попросил Троянский Конь. – Я же карлик, мне неудобно работать с высоко расположенными предметами.

– Хорошо, – сказала Ника и полезла в подвал. Через несколько минут из подвала раздался ее крик. – Ой, мальчики, тут какая прелесть. Самодельные консервы с деревянными крышками и картинками. Есть бабы голые.

Бабы голые заинтересовали мальчиков. Василий Степанович спустился в подвал сам и помог Вениамину.

Едва они скрылись в подвале, Виктор Сергеевич быстро закрыл люк задвижкой, перевернул посудный шкаф с незакрывающейся правой нижней дверцей прямо на крышку люка. Вместе с посудой.

– Вот видишь, Лида, а ты хотела выбросить шкаф, дверца ей не закрывается! А ничего выбрасывать нельзя. Пригодилось.

Вересаевы и Веня, увидев, что крышка люка закрылась, разом закричали. Как-то страшно, обреченно и нечленораздельно.

– О! А! У! Ё!

Только карлик сумел внятно оценить ситуацию и сформулировать требования. Детским голосом он сказал:

– Дяденька, откройте, пожалуйста!

Басом добавил:

– Открой, тварь, убью!

Виктор Сергеевич не открыл.

Вересаевы поняли, что ошиблись, недооценили Петрова, а себя, напротив, переоценили. Вероника открыла было огонь из автомата по кирпичному потолку подвала, она одна взяла оружие с собой. Но бесполезно. Женщина заплакала:

– Отпустите меня, пожалуйста.

Виктор Сергеевич облил бензином пол на кухне, осторожно поставил на люк ящик с гранатами, зажег спичку, бросил ее на пол и побежал прочь. Подумал, жаль пары полуботинок, которые у него отнял Василий Степанович, но ничего, он сделает новые.

Петров смотрел на свой горящий дом с крыши соседнего, с того, где жил Коля Чудотворцев. Пахло костром, керосином и шашлыком. Криков о помощи Виктор Сергеевич не слышал.

Потом рванули гранаты. А потом пошел дождь. Наверное, если бы не дождь, сгорела бы вся Маргаритовка.

– Но видимо, зачем-то нужно было, чтобы она осталась, – часто говорил новой жене Виктор Сергеевич. – А то получилось бы, что Маргарита есть, а Маргаритовки нет.

Лето 35-го.

26 августа 35-го года Виктор Сергеевич открыл свой дневник наблюдений и записал:

«Как ни странно, Петр выжил и до сих пор бегает по развалинам нашего дома. Я кормлю его. Иногда я прихожу на пожарище, и мы подолгу, ничего не понимая, смотрим с Петей друг на друга.

Я решил, что буду жить в доме Полковника. Маргарита стала моей женой, как и завещала Лида. Отметим задним числом, хороший совет. Мы взяли к себе Варвару. Девочка называет меня то папой, то дедушкой, то дядей Витей. Я учу ее читать и писать. Она научилась считать до шестисот.

Анжелика, вдова Полковника, теперь служанка у нас. Еще она занимается с Варварой русским языком и литературой.

Животноводы иногда приносят мне овец, кроликов ловлю сам. Полковника и Лиду мы похоронили в парке культуры и отдыха. Иногда мы ходим на могилу вместе с Анжеликой.

А недавно, это было 25 августа, я залез на башню, которую когда-то построил Полковник. Залез, огляделся по сторонам. Подумал, что вся видимая земля теперь под моим началом. От моря до туманной дали. Я подумал, что надо будет засадить все брошенные огороды помидорами. Не сразу, конечно. За пару сезонов освою. Сколько сезонов мне еще осталось. Три?

В этот момент в доме зазвонил телефон.

Маргарита крикнула:

– Виктор Сергеевич, тебя!

Кто это может быть. Давно никто не звонил мне, и я никому не звонил. Я вообще забыл, что у нас есть телефон. Может, просто линию замкнуло.

Телефон не умолкал.

Я спустился с башни и взял трубку.

– «Первый», это ты? – услышал неизвестный голос.

– «Первый» погиб, – сказал я и добавил: – Геройски. Он похоронен в парке культуры и отдыха. С воинскими почестями.

– Мы знаем. Теперь ты – «Первый».

– Что это потребует от меня? Кто вы?

– Кто мы? Если ты «Первый», то мы «Нулевые». До свидания, Виктор, еще свяжемся.

На том конце провода положили трубку.

После звонка у Виктора Сергеевича забилось сердце.

– Кто звонил? – спросила Маргарита.

– Не поверишь, это были «Нулевые».

– Кто это?

– Я не знаю. Есть гипотезы.

Виктору Сергеевичу вдруг захотелось с кем-то поговорить. Но не с Маргаритой.

…К своему старому дому Петров шел долго: мимо почти исчезнувшего одноэтажного кирпичного сооружения, где некогда жил тренер сборной по футболу. Деревянный шалаш крыши каким-то чудом держался на нескольких вертикальных балках.

Потом Виктор Сергеевич увидел двухэтажный особняк директора Механического завода Антона Левицкого. Особняк стоял без крыши: ее остатки окончательно унесло во время весеннего шторма, того, что случился сразу после падения самолета.

Зато на крыше директорского дома появились молодые деревца, кажется акации.

«Жизнь не остановить полумерами», – подумал Виктор Сергеевич и довольно улыбнулся.