Трое пушей объехали Сушнячиху сбоку и через килоцок были в Понино; тут тоже мало что поменялосиха, только теперь невдалеке проходила узкоколейка и торчал навес станции. Ситрик остановила машину рядом со станцией, и как раз мимо прополз грузовой состав, тащимый «ящерицей» — две полные цистерны с таром и семь пустых вагонов из-под дров. Бронька и Кулифа с непривычки прижали уши, потому как в отличие от зимохода рельсовый поезд издавал куда более громкий звук, грохоча по стыкам и вообще — всем, что могло грохотать. Лишь слегка притормозив, поезд прокатился через станцию и скрылся за поворотом, оставляя завитушки серого дыма.
— Сейчас только почту отдам, — цокнула Ситрик, и побежала в будку станции.
Пока она отдавала почту, грызи прошлись вокруг и нарвали каждый по пуку щавеля, дабы слопать. Мыслей о том, чтобы кормиться основательно, у них пока не возникало — и с собой имелось, да и вообще проще доехать до Тарова, чем искать что-то сдесь. Серо-фиолетовая грызуниха вышла обратно, а в её уши с боков вцепились два грызя и что-то цоцоцоцо… Та кое-как сумела от них отделаться.
— Тебе не приходило под уши перекрасить пух обратно? — хихикнула Кулифа.
— Приходило, — подёрнула ухом Ситрик, — Но пока, как слышишь, держусь.
Грызи покатились по смеху, что впрочем неудивительно. Они по нему катались столько, что если бы это было поле, оно уже оказалось бы укатанным, как двор.
— Вообще трясы ходят досюдова, — показала станцию Ситрик, — И на вагонетках. Но мы пожалуй поедем сами, кло?
— Да кло, — пожал плечами Бронька, — Думаю, ещё прокатимся.
— Сто пухов. Тут вообще пока плату за проезд брать не удосуживаются, потому как тащиться сюда за полста килошагов кататься — желающих мало, а трясов почему бы и не отвезти за ничто.
— Кстати, йа слышу одну ветку, — показал на рельсы грызь, — А как по ней в две стороны ездят?
— Как на пуху. Утром туда, вечером оттуда, — цокнула белка, — За день как раз полностью оборачиваются, так что друг другу не мешают.
Она снова поддала пламени в топке и повела машинку по дороге, каковая шла параллельно колее, а кое-где и просто вплотную к оной. Групп из трёх грызей возился на полотне, проверяя прочность костылей, которыми рельсы крепились к шпалам, и перезабиванию, при надобности. Путейцы, заметив Ситрик, помахали приветственно ушами, но чувствовалось, что если бы не наличие ещё двух пушей — ушам не избежать бы трёпки.
Провилявши по лесной дороге — а других тут отродясь не водилось, впрочем — трицикл вынес хвосты к окраине Тарова, кояя угадывалась по полосам нарочно посаженых ореховых кустов и деревьев, ещё не особо высоких. Как оно всегда и бывает, если цокать о белках, посёлок не прослушивался сразу, потому как его объекты были разделены полосами леса и поля с огородами. Только явная прямота хорошо укатанных дорог и намордие на поворотах указателей цокали о том, что пункт населённый — ну и попадавшиеся грызи, конечно. Ситрик свернула в какой-то узкий проезд между стенами кустов, прогромыхала по настилу двух мостков через канавы, и за стеной свежих ёлок появилось здоровенное деревянное здание в три этажа; судя по тому что на шесте полоскался по ветерку красный флажок, это была центральная изба посёлка.
Собственно, на избу она уже не особо походила — по передней стене ширь составляла окон двадцать, наверное, а вверх торчали отдельные башни из бревенчатых срубов, сделанные пирамидками — верхний этаж уже нижнего. Въезд во внутренний двор происходил через туннель под третьим этажом, проходивший через строение насквозь — а вдобавок, шагах в пяти от стен «избу» опоясывал канал с укреплёнными глиной берегами и наполненный водой. На въезде через канал был переброшен мостик, потому как ширь его составляла шага три, так что не перепрыгнуть.
— Как укрепление какое, — хихикнул Бронька, когда трицикл переваливал через мостик, — Со рвом!
— Так это, мне кажется, Ольша затевалась, — припомнила Кулифа, — Она эту пухню обожает.
— Сто пухов. В том здании библиотеки, которое она спланировала, обороняться год можно. Но это скорее в пух, чем мимо.
Учитывая, что бревенчатые стены были увиты хмелем внутри двора и виноградом снаружи, ещё как в пух. Внутренний двор радовал ухо зеленью, а также тем, что упирался напротив въезда в круглый пруд, в каковой впадали с боков и каналы, проходившие также в туннелях под этажами. Только вслуху довольно прохладной погоды в пруду никто не плескался, а только сидела лисица и задумчиво трогала воду лапой. За прудом слышалась ещё одна такая же площадь, огороженная ступенчатыми зданиями из брёвен. Ситрик довольно лихо завернула машинку под навес, где и остановила рядом с большим паровиком.
— Ну вот слухните ушами, — цокнула она, разводя лапами, — Это учётный центр посёлка и тарных разработок на болоте. Собственно довольно часто трясу — сдесь.
— Прямо тут? — уточнила Кулифа.
— Два шага влево, — показала грызуниха, — Вот жимолость, которую мы с Маком сеяли. А вон те тыблони — уже вместе с нашей белочью. Так что да, почти прямо тут.
