Перс зажал в ладони один из черных шариков и восхищенно тряхнул головой:
– Греет, Фаза! Точно греет!
– Так… Четыре жемчужины, спораны, больше сорока горошин… Сотни две споранов! И янтарь, какой янтарь красивый, с узелками! Перс, будем или не будем сейчас делить это богатство?
Но ничего делить они пока не стали и решили прояснить ситуацию с долгом покойного. Одно дело, если смерть все списывает, но кто знает, как именно они там договаривались? Вполне возможно, что с двумя жемчужинами из четырех придется распрощаться. Им с Персом будет неприятно, если долги за Лошадь придется гасить другим сталкерам. Звучит, конечно, дико, но покойный кредитоспособен и рассчитаться за себя вполне может.
– Перс, а с оружием что будем делать, куда нам его столько?
– Нет. Оружий весь с собой возьмем. Тащить нэ хочешь – я понесу один. Дойдем до башни, там на лодка пересядем. Лодка увезет. Оружий много лишний не бывает.
Фаза тащил противотанковое ружье и винтовку «Выхлоп» Сумгаита, таджик – пулемет, помповое ружье и два пистолета в рюкзаке. Наследство от Лошади – «макаров» и вынутый из руки торговца «стечкин». Шли медленно, вес у себя за спиной Фаза оценивал не менее чем в сорок килограммов, что лично для него являлось запредельным.
«Бум! Бум! Бум!» – бухнул колокол на башне. Подергав за веревку, Фаза отбежал в сторону и упал на землю, взяв наизготовку «мосберг». К стенке прижиматься не решился – сверху запросто могла вылететь граната. Перс с пулеметом залег метров за пятьдесят, готовый влепить в двери очередь. Обойти форпост торговцев по дуге не получалось. Они собирались обязательно забрать свой мотор от лодки, без которого обратная дорога превращалась в серьезную проблему. Вот только кто и как их теперь встретит в этой башне?
Ждать долго не пришлось. Их встретили приветливо, станковым пулеметом. Вместо недостающего пролета лестницы выехал крупнокалиберный «Утес», защищенный самодельными щитками. За его круглые ручки держалась Марго, а в углу дверного проема виднелась белокурая голова Лаванды, припавшей к прицелу «Винтореза». Облегающие мини-юбки с блузками заменил нормальный армейский камуфляж, волосы прикрывали зеленые косынки, а глаза – тактические очки с пластиковыми стеклами. Все как и положено для нормальных полигонных стрельб, включая перчатки с обрезанными пальцами. По снаряжению – полный фарш, не хватает разве что наушников, учитывая, что «Утес» в работе – штука весьма громкая.
– Привет, Марго, привет, Лаванда! Вы, барышни, зачем такие грозные? Расслабьтесь, мы к вам не воевать пришли. Если не желаете нас видеть, то мотор от лодки опустите, и забудем друг про друга.
– Привет-привет, охотнички. Вы Сумгаита нашего случайно не встречали на охоте? Ой, а вон винтовочка, похожая на ту, с которой он ушел… Но вы ее, наверное, нашли на улице? Ведь правда, мальчики?
Их позиции сверху просматривались хорошо, и в голосе Марго звучала явная издевка. Рядом с припавшим к пулемету Персом лежал тот самый «Выхлоп», из которого торговец убил Лошадь. Фаза ломать комедию не видел смысла, тем более что за собой вины они не чувствовали.
– Ваш Сумгаит нашего друга застрелил, но уйти не смог, и мы его убили. К вам, девушки, претензий не имеем, и я предлагаю разойтись спокойно.
– Да отдадим мы вам мотор, он нам не нужен. Но и вы оставьте здесь ружье противотанковое и винтовку нашего бывшего… начальника. От них вам все равно нет толку, на всем оружии торговцев стоят нестираемые метки, понятные ментатам. Зато патроны и пистолет можете себе оставить. На пистолетах меток нету.
Пулемет отъехал назад вместе с направляющими, и на свое место грохнулся недостающий в лестнице пролет. Перс с Фазой поднялись наверх, и дальнейший разговор пошел в более непринужденной обстановке. Под бутерброды, чай и бутылочку вишневого ликера.
– Ну что, девчонки, давайте шефа вашего помянем? Мы не в него стреляли, а в убийцу Лошади.
– Да пошел он, этот шеф. Выпьем лучше за упокой души вашего парня. Вот его реально жалко, красивый был мужчина… – сказала светлая, миниатюрная Лаванда и опрокинула залпом стопку, по-мужски.
– Я не понял, это кто, Лошадь красивый? – Фаза от удивления даже отставил рюмку в сторону.
Погибшего сталкера можно было считать каким угодно. Сильным, мужественным, щедрым, возможно, добрым и благородным, но красивым? Друзья переглянулись, а Фаза, вспомнив неподражаемую улыбку покойного, едва не засмеялся.
– Ну да, красивый, что не так? Высокий, черты лица крупные, глаза выразительные, и вообще… – В оценке Лошади подруги проявили полное единодушие, да и черты лица действительно – крупнее дальше некуда.
Друзьям осталось только поднять стаканы и выпить стоя.
– Мы, мальчики, не виноваты. Честно. Это все Сумгаит с Оливьером.
Марго раскисла от спиртного, вся размякла. В зеленых глазах застыли слезы. Ее рука рассеянно потянулась к сигаретной пачке, и Фаза услужливо подсуетился с зажигалкой. Девушка кивнула с благодарностью и после короткой паузы продолжила:
