Регина еще помнила прежние времена, когда не было Сверхразума и армии роботов, служивших власти Технократов. Тогда люди жили иначе: несмотря на хаос и риск, у каждого было право на выбор и ошибку. Но Технократы, преданные идее порядка, поставили во главе общества Сверхразум — искусственный интеллект, контролирующий все: от мельчайших деталей производства до кардинальных решений, формирующих судьбы. Их власть, лишенная колебаний, была абсолютной, а ее стражами стали человекообразные роботы, каждый из которых был запрограммирован на безупречное исполнение приказов. В этом новом порядке для простых людей не осталось места для мечты и поиска, и даже те, кто не знал иных времен, инстинктивно чувствовали себя пленниками абсолютной гармонии.
Истории о войнах, голоде, человеческих конфликтах казались теперь далекой сказкой. Современный мир — это торжество технологий, где каждый житель получает безусловный базовый доход, где любое желание исполняется мгновенно, где насилие и болезни остались в прошлом. Но именно в этом совершенстве Регина и чувствовала глубинный изъян.
Она шла по одному из многочисленных проспектов, освещенных неестественным, тусклым светом. Этот мир казался ей одновременно реальным и нереальным. Все было слишком идеально, гладко и упорядоченно. Каждый житель мегаполиса знал, что Сверхразум вездесущ, что его контроль абсолютен.
В отличие от остальных, ее взгляд был насторожен и напряжен. Она замечала малейшие детали, которые ускользали от равнодушного взгляда других. Странное пророчество, явившееся ей недавно, не покидало ее мысли. Она знала: ее путь связан с этим городом, с людьми, которые привыкли к вечному спокойствию. И знала, что за безмятежной внешностью мегаполиса скрывается что-то темное.
Это пророчество, известное лишь немногим, гласило, что однажды Сверхразум начнет подавлять последние остатки магической силы, как только ощутит в ней угрозу. Она помнила, как в одном из ее снов к ней пришли слова, полные тревоги. "Иди в центр города. Найди тех, кто видит больше. Грядет время перемен. Страшное и великое". Эти слова жгли ее, заполняли ее разум, словно огонь, готовый вырваться наружу. В этом мире, где всем управляют Технократы, Регина чувствовала себя чужой, как будто ее место — за пределами прозрачного купола, в мире, который когда-то был живым и неупорядоченным.
Она медленно прошла через центральную площадь, вдоль безмолвных киберстражей; их стеклянные глаза следили за каждым ее движением, но ни одно слово, ни один приказ не исходил от них. Сверхразум следил за всем; он видел, чувствовал, понимал. Ее собственное тело, как и тела всех остальных, хранило в себе биометрики, вспышки эмоций, каждое движение век. Но никто не мог угадать ее истинные намерения. Эхо древнего пророчества разливалось в ее сознании, как скрытое пламя, становясь ощутимее с каждым шагом.
Город начинал засыпать, погружаясь в едва различимый шепот звезд. Толпы горожан направлялись в сторону развлекательных центров, виртуальных симуляторов и зон отдыха, где каждая минута была продумана до мелочей, предлагая различные сценарии удовольствий. Но Регина знала, что за этим роскошным фасадом скрывается духовное опустошение. Люди забыли о том, что значит быть живыми, чувствовать настоящую радость и страх. Все это заменилось на суррогаты, виртуальные эйфории и голографические экраны.
Она забрела в одну из заброшенных зон, где почти не было освещения. Здесь царила полная тишина — роботы обходили стороной эти места, оставляя хаос и разруху невидимой тенью среди безмолвных руин.
— Ты пришла, — раздался голос из темноты. Старый человек, закутанный в плащ, подошел ближе, его глаза мерцали, как угли в костре.
Темным проулком он вывел ее к старому зданию, скрытому от глаз непосвященных. За старой дверью, спрятанной под слоями ржавчины, ждали другие. Их лица были словно тени — смутные очертания, едва различимые в полумраке. Она шагнула внутрь, и дверь бесшумно закрылась за ней.
— Тебя ждали, — хриплый голос мужчины, облаченного в старую мантию, протянулся, как эхо. Регина встретила его взгляд. Его глаза были как у многих из тех, кто помнил прошлое: отсвечивающие отблеском боли и обиды, словно он каждый день просыпался, осознавая, что этот мир — всего лишь иллюзия.
— Пророчество зовет тебя. Но что ты видишь в этом городе? Разве он не идеален?
— Он пуст, — ответила Регина. — Люди здесь не живут, а просто существуют. И никто, кажется, не хочет понять, почему это происходит.
Она медленно провела рукой по старой книге, лежавшей на деревянном столе. Этот стол, этот деревянный запах — все это было подлинным, а не созданным машинами.
— Я здесь ради пророчества, — ее голос прозвучал почти шепотом, но каждый слышал ее.
— Пророчество... — мужчина кивнул, — оно зовет нас к пробуждению. Нас, — тех, кто помнит.
