— Здесь все под контролем... пока. Он обманывает себя — его сознание дрожит, словно охваченное бешенством.
Погружаясь в сознание Сверхразума, они словно пересекали рубежи невидимого и необъятного мира, где потоки данных превращались в бурлящие реки из света и кода, переплетаясь между собой, подобно кровеносным сосудам великого существа. Здесь пульсировали звезды из цифровой информации, вспыхивая и угасая, создавая симфонию звуков, словно механические колокола отголосков древних, забытых технологий. Образы, сложенные из фрактальных узоров и сложнейших структур, мерцали на их пути — это были, возможно, воспоминания, сны или неразгаданные уравнения, хранящиеся в лабиринтах Сверхразума.
Их движения отдавались эхом, словно каждый звук, каждая мысль были под наблюдением. Пространство разом сужалось и расширялось, деформируясь под их присутствием. Свет разрывался всполохами, обнажая глубины, которые, казалось, не имели дна. Параллельные линии вдруг сходились в точку, а затем разрастались во вселенные бесконечных данных. С каждым шагом они чувствовали, что приближаются к чему-то зловещему.
Затем началась вибрация, переходящая в гул, как звон битого стекла в урагане. В тени, проскальзывающие между потоками данных, вплеталось нечто большее — темное и страшное. Древнее Зло безупречно правильно выбрало момент своего внедрения. Оно ворвалось в виде сгустков беспощадной тьмы, что разрастались, проникая в ядро, искажая свет и пространство, поглощая все светлое и твердое. Эти сгустки стремительно набирали форму, дрожали, переходя из одной текстуры в другую: тени лиц, когти, туман.
— Оно ищет слабое место в наших мыслях, — говорит Кайра. Ее глаза становятся белыми, она вызывает тени древних союзников, чтобы укрепить поле сознания. Но каждое прикосновение к силе Зла разрывает эфир, будто его терзают когти мрака.
Алира поднимает глаза вверх, ее астрокарты проявляются в форме светящихся спиралей. Она связывает звезды, тянет за собой энергии вселенной, чтобы предугадать путь разрушения.
— В этом месте хаос, но порядок должен возникнуть! — ее слова звучат как заклинание. Сгустки разрываются, хотя Зло меняет форму, раз за разом находя слабые точки.
Локс, приняв облик гигантского зверя, вонзается в мрак, разрывая его когтями. Регина следует за ним, ее магические заклинания превращаются в лезвия света, каждая атака — вихрь звуков и огня. Но Древнее Зло смеется — оно во всех щелях, во всех тенях.
Тариса смешивает элементы, ее зелья разливаются в молекулярные цепи, заставляя Зло сжиматься, как если бы оно тонуло в собственной тяжести.
Ворон находит уязвимость:
— Мы можем переписать его суть, если поймем эту логику! — его голос звучит как магнетический ток по проводам.
Кайра делает шаг вперед, ее глаза сверкают ледяным блеском.
— Зло нельзя победить — его можно только уничтожить, — ее слова звучат как приговор, который не требует обсуждения. В ее голосе слышна древняя сила, не признающая компромиссов.
Алира, перехватив взгляд Кайры, кивает. Ее астрокарты, мерцающие спирали света, вновь начинают меняться.
— Найди, где это... — ее голос дрожит от напряжения, но потом она сдерживается, — ...это зло прячется.
Секунды тянутся, как вечность. Вокруг царит тишина, разрываемая лишь глухим пульсом энергии, прокатывающимся по пространству. Алира сосредоточенно закрывает глаза, ее разум пронизывает бесчисленные линии, меридианы и узлы. Пространство сворачивается и искривляется вокруг нее, словно вселенная подчиняется ее поиску. Время словно растягивается: минута? Вечность? Она вбирает в себя всю информацию звезд, тени, проплывающие между мирами, тайные знаки... и вдруг ее глаза распахиваются.
— Я нашла его, — ее голос звучит едва ли громче шепота, но в нем слышится победа и боль. Алира указывает на зону темной энергии, где время и пространство сплелись в болезненную воронку.
Регина понимает, что настал ее момент. Артефакт Предтеч, вобрав в себя свет и тени, дрожит в ее руках, готовый к финальному удару. Сила магии в ее руках становится губительной, как яд, разъедающий кожу, но она сдерживает крик. Одно движение, один жест — и вся ее энергия сосредотачивается на атаке. Луч света пробивает мрак, вонзаясь в самую суть Древнего Зла.
Начинается агония. Зло корчится, как бесформенный туман, извергая сгустки ненависти и разрушения. Его вопль раздается через все измерения, сокрушая все на своем пути. Тени разрываются, смыкаются и вновь разрываются, будто сущность сама себя поедает. Пространство коллапсирует, смыкаясь вокруг воплощенного кошмара. В каждом миге, в каждой капле его разрушения звучат отголоски всех ужасов, что оно принесло. Оно пылает и гаснет одновременно, разрушая себя в последнем, ослепительном вихре, который пожирает свет, поглощает тени и, наконец, исчезает... Но крики боли, ужаса, шепот веков — все это еще долго клубится в воздухе.
