– Родители вернулись. Никакого спокойствия. Дома теперь делать нечего, вот и решил наведаться к тебе, – и буквально тут же вспомнил, что Глеб не знает, что я знаю, что он живёт один. Поэтому, чтобы не выдать себя, тут же добавил: – Решил, может пойдём погуляем? Проветримся?
Глеб всё ещё недоверчиво глядел на меня своим пронзающим взглядом.
– Я бы на твоём месте радовался тому, что у тебя есть возможность просто поговорить с родителями.
Что ж, вполне ожидаемый эпизод нравоучений.
– Это ещё почему? – подыграл я.
– Потому что я на собственной шкуре понял это.
Наконец Глеб сбавил накал подозрений и впустил меня в комнату. Мы присели, я ещё раз окинул всё беглым взглядом, подметил наличие ноутбука – ноутбук в такое-то время… да уж… дорого-богато, – после чего мы провели небольшой разговор, в результате которого я уже во второй раз за день узнал историю Глеба. Родители во Франции, он один, – в общем, ничего нового.
– Кстати, – уже расслабившись и как следует разговорившись, сказал Глеб, – сегодня же Ника устраивает небольшую вечеринку в честь окончания учебного года. Ты пойдёшь?
– Ника? Что за Ника?
– Самая красивая девчонка нашего класса. Ты почему такой забывчивый?
Ах, да, точно… Как же я мог забыть тот неловкий разговор во время единственной нашей встречи один на один.
– Нет, меня никто не приглашал, – совершенно безрадостно сообщил я.
– Ну значит считай, что я тебя приглашаю, – гордо объявил Глеб.
– Очень мило с твоей стороны. Думаешь кто-то захочет увидеть меня там? Я ведь даже ни с кем особо не общаюсь.
– Ну не знаю, захочет ли кто увидеть тебя там. Лично мне интересно другое.
Я было ждал, что Глеб продолжит сам, но он не продолжил. Поэтому мне пришлось вытягивать продолжение вопросом:
– Что интересно?
– Как тебя будут провожать. Встречают по одёжке, а провожают по чему?
– Господи, – глубоко вздохнув, сказал я, – ну хватит уже заумничать. Пожалуйста.
Глеб на эту фразу почти никак не отреагировал, поэтому продолжил совершенно спокойно – так, будто ничего и не услышал.
– В любом случае, вечеринка – это отличный шанс, чтобы дать о себе знать. Если понравишься всем, кто там будет, считай, что половина школы у тебя в кармане.
– Половина школы в кармане? Это ещё как? – не совсем понял я.
– Заведёшь кучу полезных знакомств – вот как. А куча полезных знакомств это что?
– Что?
– Это половина дела на пути к успешной жизни.
А ведь и верно. Чёрт, до сих пор не перестаю удивляться, что тринадцатилетний пацан понимает в жизни больше, чем все мои прежние ровесники.
Короче говоря, спрашивать у Глеба разрешения остаться у него в квартире я пока что не стал. Но вот приглашение на вечеринку принял. Именно поэтому, спустя каких-то четыре часа, мы с Глебом уже стояли напротив зелёной ограды частного участка, за которой виднелась верхушка огромного трёхэтажного дома.
Как оказалось, Ника была не просто самой лучшей девочкой в классе, она была ещё и самой богатой девочкой в школе. Не она сама, конечно, а её родители, которые, по словам самого Глеба, очень любили баловать свою любимую и единственную дочурку.
– Вот это да, – медленно протянул я, глядя на крышу кирпичного дома, высунувшуюся из-за высоченной ограды.
– Это да, – подтвердил Глеб. – Я и сам в первый раз обалдел, когда узнал. А затем он резко перевёл тему разговора: – Ты, кстати, что родителям сказал?
– Сказал, что пошёл налаживать отношения с новыми одноклассниками.
Нет, ну а что? Так всё и было. Правда, мама немного повредничала, когда я сообщил, что ухожу с ночевой, но в конце концов в разговор вмешался отец и поощрил моё стремление к самостоятельности. Не совсем ясно, что он подразумевал под самостоятельностью – возможно, он имел в виду, что, ночуя не дома, я становлюсь более самостоятельным и менее подверженным влиянию родительской опеки и помощи, – но уточнять я, конечно же, не стал. Вместо этого быстро переоделся в более презентабельный наряд и отправился прямо навстречу к новым связям. Спустя десять минут после этого мы снова встретились с Глебом на нейтральной территории, а спустя ещё двадцать минут мы уже стояли прямо напротив дома Ники.
Не успел Глеб ответить, как калитка открылась и перед нами появилась она – самая, как говориться, лучшая девочка класса. Стоя перед нами в том нарядном девчачьем платье с картинками разных фруктов, она показалась мне не просто лучшей девочкой класса и даже не школы. Тогда она показалась лучшей девочкой в мире.
Пожалуй, это был первый раз в моей жизни, когда я испытал чувство наивной детской влюблённости. Столь чистое и столь доброе чувство влюблённости, настигшее меня от одного только взгляда на этого ангела.
– Привет, – улыбчиво произнесла она. И возможно, если бы она тогда не улыбнулась, я бы мог хоть как-то побороть дурацкие гормоны, попытаться избавится от неловкого чувства той самой влюблённости, но тогда случилось именно то, что случилось. И другого быть не могло. А значит, что и у меня изначально не было никаких шансов на спасение от этой очаровательной улыбки.
– Ты и друга своего пригласил? – задала она скорее риторический вопрос.
