— И то верно, — неожиданно легко согласилась Алиса. — Ладно, спокойной ночи. Выспись хорошо, завтра нас, я так понимаю, ждет что-то интересное.
— Угу, — буркнул я, словно набрав в рот свинца. Алиса не стала пытаться меня как-то разговорить, подобрала валявшуюся на полу горб-подушку, и, подхватив подол импровизированного платья, оставила меня в одиночестве.
Честно, будь я на ее месте, то давно послал бы меня к чертовой матери. Я ведь не тупой. Понимаю, что она от меня ждет. И я, буду честен, до безумия хочу ответить на это, но не могу. Просто не могу, и все. Не в таких условиях. Эх, беда-бедовая, как же меня все это достало!
Я упал на кровать и попытался продолжить чтение, но буквы отчаянно не хотели складываться в слова. Помучив свой мозг еще с некоторое время, я вышел на улицу, уселся на крыльцо и стал смотреть на звезды. Вот бедолаги, до чего же им, должно быть, надоело смотреть, как мы из раза в раз совершаем одни и те же ошибки. Я закрыл глаза и медленно разложил все свои тревоги по коробкам, по очереди заклеивая их. Тягу к саморазрушению в одну, лагерную мистику — в другую. В коробку отправилась и завтрашняя авантюра, потому что сейчас я просто не в силах был думать еще и об этом.
С каждой коробкой мне становилось чуть легче, чуть проще дышать.
Единственное, от чего я не смог заставить себя избавиться, было чувство отвращения к самому себе, что выставляю себя в глазах дорого человека мудаком. Оно осталась при мне. Его я заслужил. Заработал. Хотя чего уж, мне не привыкать.
В вышине неслись по кругу бесчисленные звезды, точно замысловатый рисунок, изображенный безумным художником. Меня затягивало туда, в космос, к воспоминаниям. Воспоминаниям о другой жизни. Только что я был там, мое утро и моя жизнь тянулись передо мной, как кадры из фильма. Интересного, но все же немного предсказуемого. А в следующий миг я сажусь в автобус № 410.
Я бросил короткий взгляд в сторону двадцать третьего домика. В окошке горел свет, который то и дело выхватывал силуэты двух его обитательниц. Алиса, поди, сейчас с нескрываемым смехом рассказывает Ульяне, как она до чертиков напугала этого очкастого зазнайку. Они еще посмеются, поговорят напоследок свои личные разговоры и лягут спать. И будет новый день, который для них совершенно нормальный. Не обремененный моими попаданческими дилеммами.
Хотя, думается, что Дэнчик тоже особо не задумывается об этом.
Бремя образцового пионера. Бремя образцового пионера.
Ладно, к черту все это. Добегу, пожалуй, до умывальника, приведу холодной водой мысли в порядок, раз уж все равно на ногах. А дальше на боковую, в ожидании каких-нибудь любых мультиков, лишь бы они хотя бы ненадолго отвлекли меня от всего этого.
Холодная вода, вопреки моим ожиданиям, не отрезвила меня, лишь заставила еще больше разочароваться в жизни, под саундтрек моих изысканных матюгов. Чем вам не матный гномик, ага. Стряхнув с волос капли холодной воды, потопал назад, кристально осознавая, что эта вылазка была не самой лучшей идеей. Еще и вдалеке где-то заискрил фонарик дежурного. Не особо хотелось, чтоб мне еще и по ушам начали сейчас ездить, так что я прибавил шагу, лелея надежду поскорее окунуться в объятия койки. Движущийся воздух после холодной воды колол щеки, но пах свежестью и чистотой. Это уже немного успокаивало, пусть и не так, как хотелось бы.
Но около домика я внезапно столкнулся с совсем уж комичным зрелищем — одинокой фигурой, с головой обернутую в белоснежную простыню. Совсем как Дэнчик в наш первый день. Фигура стояла неподвижно, лишь едва покачиваясь на мысках. О том, кто это развлекается, гадать не приходилось — пара выпуклостей, явно обозначающих наличие двух хвостиков на голове, полностью выдавали тайную личность шутника.
— Издеваешься что ли, — покачал головой я.
На мое появление Алиса никак не отреагировала. Все также продолжала стоять недвижимо, словно застывшая каменная статуя.
— Знаешь, рыжуль, после всего того шоу, которое ты мне устроила, банально обернуться простыней даже как-то ниже твоего достоинства, — сообщил я, приближаясь к девушке. Та в ответ все так же молча пожала плечами. Какая выдержка, вы только подумайте!
Я подошел к ней вплотную. А Алиса как стояла, так и продолжила. Лишь только было слышно тяжелое дыхание из-под простыни. Я пару раз махнул у нее перед глазами рукой — ничего.
— Двачевская, ну что за игрища? — устало спросил я.
Но рыжая молчала. Это уже начинало напрягать. Но в этот раз я не собирался впадать в истерику. Два раза за день она меня не проведет. Хотя очень старается, надо признать. Знаете ли, дискомфортно, когда ты обращаешься к человеку, а он просто на тебя смотрит и не подает никаких признаков жизни, как какая-то кукла.
— Ладно, стой здесь, не буду мешать, — я попытался было пройти мимо, но тут Алиса внезапно также сделала шаг в сторону, встав у меня на пути. Тяжело вздохнув, я вновь попробовал ее обойти, но девушка явно не хотела меня пропускать. — Ну хватит, а! Затянулась уже шутка, не находишь?
