— А сейчас я вынужден оставить вас на попечении у нашего зоотехника, который расскажет вам куда больше о нашем племенном заводе, — закончил свою речь Евстигней Иванович, после чего поспешил удалиться к зданию администрации, где его с видом крайней одухотворенности ожидали еще пару таких же ответственных пуз. Стоило отметить, что пуза были еще и самую малость покрасневшие. И отнюдь не от жаркой погоды, которая, собственно, сейчас отсутствовала.
Ну а что, начальство не люди что ли? Панамка, вон, тоже с Виолой выпивает по воскресеньям, и ничего. Грех жаловаться. Образцовая пионервожатая.
— Направление племенного завода «Пойма» — молочно-мясное скотоводство, — сухим голосом принялся объяснять зоотехник, вяло жестикулируя руками. — Молоко реализуется по торговым точкам, магазинам, больницам и в розницу. Стадо представлено коровами черно-пестрой породы в количестве чуть больше двух тысяч голов. Все животные находятся в осенне-зимний период на стойловом содержании, а в весенне-летний, как вы уже могли заметить, на стойлово-пастбищном. Для кормления используются как привозные, так и корма собственного приготовления. Собственными силами работники предприятия заготавливают сено, силос и сенаж. Все корма хранятся в типовых силосно-сенажных ямах и сенниках на территории животноводческого комплекса.
Так, хорошо, какие я там исследования на коровах проводил? Были акушерско-гинекологические заболевания, но для семнадцатилетнего пионера такие углубленные познания — это пока слишком круто. Нужно вспомнить что-то попроще. Что-то, что, в теории, можно было изучить без глубокого анализа. Например…
— Простите, Глеб, — я поднимаю руку и делаю пару шагов вперед, словив при этом не очень-тои довольный взгляд Панамки. — Я рискну предположить, что Вы знакомы с трудами Вячеслава Александровича Лукьяновского, верно?
Гляжу, зоотехник-то оживился, смотрит на меня заинтересованно:
— Разумеется, молодой человек, я, в том числе, и по его работам диплом писал. А к чему вопрос?
— Понимаете, я после школы планирую поступать в МГАВ… — так, стопэ, ее же только в девяноста четвертом переименуют, не тупи. — В Московскую Ветеринарную Академию. Занимаюсь различными исследованиями. Недавно изучал вопрос заболеваний дистального отдела конечностей. Помните ведь, как у Лукьяновского — высокопродуктивные коровы в условиях промышленных комплексов подвержены пододерматитам, ушибам, ранам в области подошвы, венчика, мякиша, а также регистрируют в большом количестве трещины, деформации, язвы, гнойные и гнойно-некротические процессы, флегмонозные поражения, переломы. Эффективные методы профилактики данных проблем, как по мне, достаточно актуальны.
И я прям слышу, как у доброй половины пионеров и, к моему самому большому удовольствия, Ольги, аж челюсти в пол упали. То-то же, пусть знают, с кем в одном лагере застряли.
— Безусловно, Вы совершенно правы, — кивает Глеб. — Но спешу заверить, что на нашем предприятии регулярно применяются ножные двухступенчатые ванны с использованием креолина, формалина и медного купороса.
— А что насчет кормовых антибиотиков? — нет уж, просто так ты от меня не отделаешься.
— Максим, не надоедай! — сквозь зубы процедила Ольга Дмитриевна.
— Нет-нет, что Вы! — поспешно поднял руку Глеб. — Любознательность — одна из главных черт для будущего ветеринарного врача. Тем более, когда есть шанс поучаствовать в наблюдениях на практике… Ольга Дмитриевна, Вы же не будете возражать, если с этим Вашим пионером я проведу индивидуальный план работы? Покажу ему тут все, расскажу, поверьте, там, куда он, как я уже вижу, поступит, этот опыт будет более, чем бесценным.
Алелуя! Простенько и со вкусом. И пофиг, что меня теперь будут тихо ненавидеть все мои так называемые товарищи. Как говорится, каждому овощу свой фрукт… Я для чего, спрашивается, вышку получил и кандидатскую диссертацию защищал?
— Но… — попыталась было возразить Ольга. — Ладно, что ж я, изверг какой. Если Жеглову это так интересно, то пусть поступает в Ваше распоряжение, Глеб. Но если начнет филонить — сразу его ко мне. Он куда хитрее, чем кажется. И ленивее.
Я с ни чем не прикрытой яростью уставился в сторону Панамки, а та только издевательски лыбу давит. По счастью, зоотехник тоже похихикал:
— Конечно, Ольга Дмитриевна, уж поверьте, филонить я ему не дам. Что ж, по остальному фронту работ — уборка прилегающей и внутренней территории, административного корпуса, нужно еще сено разгрузить. С этим понятно?
Пионеры отозвались неуверенным нестройным согласием.
