— Что значит «отщепенцы»? Я где-то слышал это слово? — возвращаясь к новому языку спросил Томас.
— Тот аршваи рам сказал, как переводится слово «рами вэй» с языка отщепенцев, так что рискну предположить, что «отщепенцы» это мы, — пожала я плечами и судя по взглядам, которые на нас бросали всё чаще и чаще это значило что-то не очень достойное. — Пожалуй, я с тобой соглашусь, надо было брать Алисандру с собой, — как бы я к ней не относилась, но тётка всё же, а тут вроде как явственно начинает попахивать неприятностями.
Томас закрутил головой, но Алисандры нигде не было видно.
Стоило войти в одноэтажное здание, как стало ясно, что мы попали в огромную столовую со множеством столов и линией, где можно было взять еду и напитки. Беря пример с окружающих, мы взяли довольно увесистые железные подносы и пристроились в конец очереди. Тут же поставили на подносы стаканчики с каким-то цветным напитком, от которого пахло сушеными яблоками и ягодами.
«Компот», радостно взорвалось у меня в голове, хотя я в жизни ничего подобного не пила.
На севере не уважали сладкие напитки, а тут я просто явственно ощутила вкус варева, стоило почувствовать запах, и едва не захлебнулась слюной и странным чувством ностальгии.
«Компот», умильно улыбнулась я, глядя на свой стаканчик.
— Отщепенцы не будут есть вперёд аршваи рам, — вдруг раздалось откуда-то с боку, и целая стайка учеников устремилась вперёд нас в очередь, грубо отодвигая, отчего мой «компотик» едва не расплескался на подносе.
Я растерянно посмотрела на Томаса, который свел брови на переносице и крепко сжал поднос в руках, устремляя взгляд из-под ресниц на бесцеремонных учеников.
«Может, это наследственное у меня и лошадь вовсе не при чем?» вдруг подумала я, смотря каким гневом загораются глаза брата.
И, только я решила, что инцидент был разовым, как новая порция учеников без всякого стеснения оттеснила нас в конец очереди, будто и не замечая того, что мы здесь стоим. Когда за ними подоспело ещё несколько парней, я решительно шагнула вперёд, не позволяя им вот так запросто протиснуться. Одно я знала точно, и сама не знала откуда, но в новой стае нужно сразу показывать, кто тут главный…
Сидя за преподавательским столом, откуда было прекрасно видно всю столовую, Зейнвер в предвкушении ожидал появления новых объектов своего проекта.
— Ты уверен, что правильно было помещать их вместе с остальными студентами? — как всегда Оре больше всех переживал о гуманистических аспектах возложенной на них миссии.
— Предлагаешь, мне лично расшатывать их эмоциональное состояние? Нам представится такая возможность, не переживай, но прессинг должен быть достаточным, чтобы всё получилось, — пробормотал он, замечая, как в столовую заходят двое из подопытных и накладывая заклинание, которое позволит им слышать, о чем говорят объекты и достаточно увеличит видимость для Зейна, Оре и Яса.
— Отщепенцы не будут есть вперёд аршваи рам, — стоило девчонке Изэр взять стакан с компотом, как её ожидаемо отпихнула первая группа учеников.
Зейн, как и его соратники, прекрасно понимали, что будет именно так, сделав прибытие этих троих открытой информацией в Башне Семи Стихий. В их иерархичном обществе есть строгий свод правил, который выше любых желаний. Есть аршваи рам, рейши, тоцци, все они делятся в зависимости от знатности происхождения и занимаемого положения, и лишь в самом конце «списка достоинства», как называли положение о рангах, стоят «отщепенцы». Те, кто не достоин даже прикасаться к силе и её благам. Именно к отщепенцам относили всех, кто живет за Великим Поясом. В глазах учащихся башни Элия, Томас и Алисандра были хуже грязи и Зейн был осведомлён, чем обернётся их обучение тут. Ему было без разницы будут ли его подопытные пытаться конфликтовать или молча сносить оскорбления. Был важен уровень стресса в среде их нового обитания. Будут скандалить, значит он будет их наказывать, будут молча терпеть, всё равно будут переживать и тем более приближать переход. В конце концов, их могли запереть в подвалах и там довести до необходимого состояния в гораздо более короткие сроки и более жесткими методами, но им предстояло сотрудничество в дальнейшем и будет лучше, если всё будет происходить максимально естественно. Он и так станет их врагом, как Оре и Яс. Ни к чему усугублять.
Тем временем ещё одна стайка учеников бесцеремонно подвинула девчонку и парня, что сейчас стоял за её спиной. Ребята лишь зло смотрели им в спины, но стоило ещё двум парням шагнуть вперёд, как девчонка столь же резко устремилась наперерез.
— Ты знаешь, — вдруг усмехнулся Яс, — в ней что-то есть…
— Куда прёшь, глаза разуй, ушлёпок, — вдруг вызверилась девица и у того же Яса натуральным образом отпала челюсть.
— Это ты разуй жалкая отщепенка, не знал, что вы умеете говорить, — усмехнулся студент и смерил парня с девушкой пренебрежительным взглядом, чуть нагнулся вперёд и самым натуральным образом плюнул в компот дочке графа.