Как бы там ни было, но больше всего мне было страшно услышать сколько человек погибло в огне. От одной только мысли, что я была напрямую причастна к чему-то столь ужасающему просто выбивало меня из колеи. Всё нутро сжималось от боли стоило только пустить эту мысль свободно шататься по краешку сознания. Весь вчерашний день я провела у себя в комнате, внутренне обмирая от ужаса от самой возможности услышать новости о пострадавших в пожаре.
В очередной раз задумавшись об этом, я с трудом сглотнула тяжелый ком в горле.
— Что с тобой? — вновь поинтересовался Томас, а я лишь глубоко вздохнула и прикрыла глаза.
Как мне объяснить, что квартал Падших Лилий запалила я⁈ Что он обо мне подумает⁉
— У Элии женские дни, — вдруг выдала Алисандра. — Не видно, что ли? Эх, были бы мы в Тарволь… Мой Жером…или Гийом? — задумалась она, смешно закатив глаза. — Не важно, — взмахнула рукой и продолжила, — всегда покупал мне что-то вкусненькое, когда не могла с ним встретиться. Такой душка! Единственный мужик, который знал, как меня поддержать. Так, вот, были бы мы дома, я бы отвела тебя в кондитерскую Мадам Жюли, — прикрыв глаза мечтательно улыбнулась девица. — Всю тоску как рукой сняло бы от одного её крем-брюле…
В кои-то веки бормотание Алисандры меня не раздражало, а успокаивало. Уж лучше пусть Томас проникнется щекотливой темой и перестанет спрашивать про самочувствие, чем…
— Все убрали тетради и книги со стола! — раздалось от двери и внутрь ворвался Аирон Рам Уиссом, такой же таинственный и мрачный, как и преподаваемый им предмет по Темным искусствам. — Пишем самостоятельную по пройденной теме: «Живое и Мертвое».
Ну или самостоятельная, тоже сгодится, чтобы немного собраться.
С задачей справилась я хорошо, поскольку все эти сказочные штуки-дрюки были и впрямь увлекательны. Я с удовольствием запоминала всё, что рассказывали учителя и точно так же легко воспроизводила это в памяти. В отличии от практических занятий, теория давалась мне хорошо.
Стоило начать описывать пройденный материал по прошлым лекциям, как в дверь легонько постучали и на пороге возникла Леяри Рам Руи собственной персоной.
— Простите, рами вэй Рам Уиссом, могу я поприсутствовать на вашем занятии? Меня попросили составить карты на учащихся первого потока, думаю, такая диагностика позволит не отнимать время у наших драгоценных студентов, — очаровательно улыбнулась Леяри, на что, вопреки всякой логике, получила совершенно колючий взгляд от профессора.
— Почему именно на моём уроке? — как-то чересчур зло поинтересовался он, а его темный взгляд, не скрывая отвращения прошелся по фигуре Леяри.
«Странно, такая зачетная врачиха», вдруг подумала я и отчего-то смутилась.
«Нехорошо так думать!» шикнула сама на себя, а в ответ пришла мысль, что стоило бы определиться с моралью, а то после того, как спалила целый квартал слова «зачетная врачиха» теряют столь уж отрицательную эмоциональную окраску.
Грустно вздохнув не могла не признать правоту своей темной натуры.
Всё же Рам Уиссом пустил Леяри на урок и позволил ей занять любое место. Женщина отправилась к задним рядам и уселась аккурат рядом с Алисандрой.
Отчего-то все занятие было не по себе от её присутствия. Будто у меня по коже бегал целый отряд муравьёв, разнося неприятные ощущения и мешая сосредоточиться. Под конец занятия эта милая девушка не на шутку начала меня бесить. Вот просто так, на ровном месте! А, уж, когда она подошла ко мне и дежурно улыбнулась, то и вовсе захотелось послать её грубо и со всем присущим мне энтузиазмом.
— Как дела, Элия? — нарочито ласково, поинтересовалась она.
Леяри улыбалась. Вся её поза выражала радушие и теплоту, но мне вдруг показалось, что передо мной кукла с искусственно нарисованной улыбкой и стеклянными глазами.
— Всё пучком, — буркнула я, мрачнея ещё больше, так как ощущение зуда на коже с её приближением лишь усилилось.
— Слышала о пожаре? — брови Леяри изогнулись домиком, а лицо вдруг сменило маску на плаксиво-жалостливую.
А у меня от её вопроса сжалось сердце, что захотелось завыть в голос. Чего прицепилась? Потрындеть не с кем ей что ли?
— Тут все слышали, — тем не менее монотонно буркнула я.
— И, как тебе?
— Как мне «что»? — изогнув бровь, поинтересовалась я, начиная закипать от этого неприятного разговора. — Послушайте, Вас — с — рами вэй Рам Руи, — намеренно растягивая «с», как ни в чем не бывало, сказала я, — ждут дела поди, а мне стоит на ужин поторопиться! Индивидуалка впереди, — поспешила я отделаться от девицы, подхватила вещи и поспешила к ждущим меня у выхода Томасу и Алисандре.
Пока шел ужин, пока я добиралась до малого зала, расположившегося в отдельном тренировочном комплексе, где обычно проходили занятия с Зейном, меня не оставляло неприятное ощущения после разговора с Леяри. Странно, в нашу первую встречу она мне даже понравилась. А, вот, сегодня стало как-то жутко после разговора с ней. Должно быть, всё из-за пережитого.