– Ты тоже! – выплюнула я, в надежде, что во мне сейчас проснется скандальная Баба Зина, которая мигом все разрулит. Она есть в каждой женщине, насколько мне известно. А потом ее еще долго будут успокаивать санитары, пожарные и экзорцисты.
– Я знаю, – заметила Ингрид, проведя рукой по своему лицу. – Но так вышло, что у меня куда больше преимуществ, чем у тебя.
Она снова обернулась волчицей и потянулась к перебинтованному горлу.
– Ты не сделаешь это! – прошептала я, чувствуя ужас, сковавший сердце.
– Почему же? – спросила Ингрид, улыбаясь. – Легко! Давай проверим? Я получу безграничную власть над стаей! И магию альфы. И даже твоя Астрид ничего не сможет мне сделать. Она будет на брюхе ползать передо мной. А если посмеет бросить вызов, я разорву ее на части.
Ну, тварь! Меня затрясло от негодования. Если она сейчас убьет Сигурда, нам всем каюк!
– Р-р-раз, два… Я знаю, что медальон у тебя! Скажешь, что нет – сомкну челюсти! – произнесла Ингрид, снова разжимая пасть над его горлом.
Я чувствовала, как начинаю дрожать. Мне было так страшно, так нервно, что даже зубы застучали. Неужели она убьет его? Как он вообще мог подпустить к себе такую тварь!
– Но сейчас придет сюда другой альфа! – вспомнила я слова Астрид. – И тебе придется с ним сражаться!
– Его сейчас куда больше занимают Сальгард и Астрид! – оскалилась Ингрид. И тут же рыкнула. – Медальон!
Дрожащей рукой я полезла в карман, доставая цепочку и медальон.
– Подавись! – рыкнула я, бросая его волчице. Та ловко поймала его зубами.
– Вот и славно! Зато смотри-ка! Все живы! Теперь почувствуй то, что чувствовала я, когда в замке появилась ты! Пр-р-рочувствуй это! – усмехнулась Ингрид, превращаясь в женщину и сплёвывая цепочку себе в руки. – Ах да, если я узнаю, что ты сказала кому-то о нашем разговор-р-ре… Я перегр-р-рызу твоему щенку шею и тебе! Ну что ж, бывшая Луна! Закончилась твоя магия истинности! Сомневаюсь, что кто-то за тебя заступится! Проваливай отсюда! И чтобы запаха твоего здесь не было!
Я дрогнула. Внутри что-то перевернулось, а я увидела, как Ингрид обращается в человека. Она берет в руки тряпку, макает ее в воду.
– Как это делается? – спросила она, усмехнувшись. – Ладно… Главное, чтобы твоего запаха здесь не осталось.
Я вышла в коридор, вынося Сиги на руках. Бездумно, даже не зная, куда я иду, я брела по коридору, чувствуя, как слезы текут по щекам.
– Сниф-сниф-сниф! – послышался звук, а я обратила внимание на закрытую дверь.
– Иду, малыши, иду! – открыла я дверь, чувствуя себя уставшей и разбитой.
Я вошла в комнату, а меня атаковали пушистые попы. Я гладила и успокаивала их, а они лизали мне лицо.
– Все будет хорошо, – утешала я крошек. – Все будет хорошо…
Мысль о том, что если победит другой альфа, их всех убьют, заставила меня стиснуть зубы. Не позволю!
Двадцать третий лизал мне руку, а я погладила его между ушей. Я свернулась калачиком на коврике, а они окружили меня и тоже стали укладываться. Сиги залез ко мне на грудь.
Один пердел, словно труба, второй храпел, третий куда-то бежал во сне, дрыгая лапами. Двое перегавкивались, издавая приглушенный икотный лай. Еще один завыл… И так в рандомном порядке. Самый маленький лежал и причмокивал.
Я думала о том, что будет, когда очнется Сигурд. Он точно убьет меня. Наверное, лучше было бы, если бы не очнулся. Но… мне так хотелось, чтобы он жил… Пусть не мой, пусть не со мной, пусть в его сердце хоть гарем набьется, но… Пусть живет…
В тревоге я закрыла глаза, как вдруг Сиги слетел с меня. Дверь в комнату со скрипом открылась, а я увидела стоявшего в дверях Сигурда. В его взгляде была такая ярость, что мне стало страшно. На шее у него сверкнул знакомый медальон.
– Это конец! – пронеслось в голове, а я сжалась.
– Убей, но не при детях, – прошептала я, осторожно вставая. Глава 23
– Ты даже не подошла ко мне, когда я был ранен! – прорычал Сигурд.
Я сглотнула, вспоминая, как бережно перебинтовывала раны, как меня мутило от запаха крови, как едва не теряла сознание при виде страшных укусов. Страх перед Ингрид требовал молчать. Но чувство справедливости и страх перед Сигурдом требовал сказать правду!
И я решилась.
– Я обменяла медальон на твою жизнь! – произнесла я, чувствуя во рту горечь слез. – Когда тебя ранили, ты не подпускал никого. Астрид сказала, что если все будет плохо и ты потеряешь сознание, я должна немедленно сказать Сальгарду. И когда ты отключился, я не побежала говорить. Хотя знала про опасность для стаи…
– Зря! – рыкнул Сигурд.
– Но ты же выздоровел! А мог умереть! – возмутилась я.
– Я знаю про Сальгарда. И знаю, что будет со стаей, если нас победят, поэтому Сальгард готовится как преемник, – рыкнул Сигурд. – Так что этим ты меня не удивила.
– Да, но… Я решила остановить кровь сама! Я… Я не хотела, чтобы ты умер! – выдохнула я. – Но, видимо, зря…
В этот момент наши взгляды встретились. Холод его глаз сверлил меня, а я стояла не шелохнувшись.
Мне понадобилась пара мгновений, чтобы говорить дальше. Страх сковывал меня, путал речь, но внутри что-то сжалось твердым камушком.