Никто из студентов ВАДа не обрадовался очередной инициативе нашего штатного целителя, но я сказала «Это необходимость» и возражения иссякли. Капли в глаза, приносящие жжение несколько первых мгновений, перчатки обработанные специальным составом, еще влажные и от того весьма неприятные при надевании, мазь с отвратительным запахом болотной гнили на все открытые участки тела — лицо, шею, волосы. Девушки возмущались больше всего, но тот факт, что при впитывании состав становился полностью прозрачным, примирил леди с ситуацией.
Повторное построение на сей раз на самом краю земли, в месте, где почва обрывалась и открывался вид на плывущие внизу облака, скрывающие истинную глубину обрыва. Тяжелое и сдавливающее снаряжение для скалолазания, которым обременяли себя лишь мы — выпускникам Военной Академии Даэтара подобные приспособления не требовались — они всего лишь отрастили себе когти, и на нас поглядывали с нескрываемым презрением. Но Каенару было совершенно плевать, кто и что думает по поводу его решений — всем студентам ВАДа было приказано использовать снаряжение, а отказать будущему императору не рискнул никто.
Вновь вышли магистр Ксавьен и магистр в зеленой мантии, представляющий Даэтар. Одновременный взмах руками и над проломом вспыхнул призрачный огненный феникс.
— Что бы ни произошло, от меня ни на шаг, — предупредил Каенар.
И первым прыгнул в пропасть.
А я на секунду задержалась, чтобы увидеть, как бесстрашно последовали за своим главнокомандующим все студенты ВАДа, как с показной удалью и боевым кличем радостно спрыгивают вниз массивные студенты Боевой Академии, и как на все это с какой-то странно-издевательской усмешкой взирает принц Эльтериан…
— Слыш, вашество ненаследное, ваш титул не дает вам права отлынивать, — лениво произнес магистр Ксавьен.
Одно движение рукой и разъяренный принц полетел в пропасть.
— Никогда его не любил, — невозмутимо признался магистр Ксавьен своему коллеге в зеленой мантии. — Ну, знаете, в каждой группе есть такие типы, которые бесят, но этот… Небеса ведают, сколько раз я желал свернуть ему шею.
— Вы, похоже, неплохо справились на этот раз, — вставил магистр Даэтара.
— Да нет, — и магистр Ксавьен полез за пакетом с соленым жгучим перцем, — выживет… к сожалению.
Я невольно улыбнулась — магистр, похоже, никогда не изменится.
И раскинув руки, шагнула в пропасть.
Полет в облаках, рывок натянувшегося троса и Каенар подхватил меня, прижав к себе на миг дольше, чем следовало, затем прислонил к холодной стене и направился к остальным студентам ВАДа. И только сейчас я поняла его замысел — участники Весенних Учений не остались один на один каждый со своим противником. О нет — длину тросов рассчитали так, что вся наша команда собралась в одном неприметном гроте, и, судя по отдаленному рычанию даэтарцев, менее всего они ожидали, что Каенар спланирует все так, чтобы мы оказались значительно ниже предполагаемой высоты.
И при этом грот представлял собой крайне внушительную полусферу, в которой все разделились по категориям.
Инспираторы позади всех — несмотря на то, что большинство студенток принадлежало к военным родам, они все же были девушками, их безопасность оставалась в приоритете.
Рядом уселись кругом представители факультета Цензората, записывающие события сферы были заготовлены наряду с другими письменными принадлежностями.
Парни из факультета Управления рассредоточились по всему гроту, им предстояло командовать отдельными частями операции.
— Помним — я хочу полной, абсолютной и максимально сокрушительной победы. Мы должны отомстить за все те девять лет, в которые наши братья терпели унижение.
И многие из студентов при этих словах опустили взгляды.
«Случившееся в Даэтаре остается в Даэтаре» — это закон и главное правило Весенних учений. Но, фраза магистра Ксавьена «Запрещено засовывать что-либо в любые нательные отверстия», боюсь, была произнесена не просто так.
— Готовы? — Надежда Империи медленно оглядел свое воинство.
— Во имя величия Великой Небесной Аркалад! — разом ответили ему все студенты.
Удар кулаком в грудь — жест преданности и клятвы в военных родах повторили все, даже те кто принадлежал к торговым.
И Каенар начал свою битву.
— Инспираторы!
По его приказу феи взмахивают руками и из их ладоней вырываются сотни бабочек — ярких, сверкающих, сияющих и… ядовитых. Они взлетают под самый потолок серого грота, несколько секунд кружатся во все увеличивающемся вихре и единым порывом вырываются из пещеры, рассеиваясь по склону обрыва.
— Искусители! — следующий приказ Каенара.
И у группы студентов глаза загораются внутренним сиянием, становятся ярче, насыщеннее, притягательнее…
А Каенар произносит следующее:
— Провокаторы!
Эти глаза закрывают, мысленно переносясь к своим жертвам и воздействуя на них.
— Манипуляторы! — новый приказ Ангела Смерти.
И еще одна группа студентов закрывает глаза, начиная воздействовать на тех, кто подвергся воздействию уже дважды. И вдали, среди свиста ветра, я слышу восторженное:
