Удивительным образом солнце оказалось в самом зените, хотя в столице оно достигало этого положения примерно около двух часов дня. А еще здесь летали удивительные орлы — огромные, столь внушительные, что в размахе крыльев превосходили рослых даэтарцев и выглядели неимоверно величественно, невольно вызывая уважение и восторг. Наше же появление едва ли вызывало у них ответные восторженные чувства — мы вторглись на их территорию и орлов становилось все больше, они слетались сюда со всех отдаленных гор, готовые в случае опасности броситься на защиту своих гнезд.
— Как красиво, — задумчиво произнес магистр Ксавьен.
— Завораживающе прекрасно, — согласилась я.
— И в то же время весьма опасно, — магистр Ильхан нашего восхищения парящими в облаках птицами не разделял.
Но помимо этого он не пожелал и делиться нашей беседой со всеми прочими — движение рукой и нас троих окружил звуковой барьер.
Мгновенно переставший есть жучайший жгучий перец, магистр Ксавьен, продолжая сохранять на лице абсолютную безмятежность, спросил так, словно это была очередная язвительная шутка:
— И что же на сей раз перепугало вашу полулысую черепушку, уважаемый магистр Ильхан?
О, магистр Ксавьен! Он не менялся! Абсолютно никогда и ни при каких условиях.
Но магистр Ильхан не поддался на откровенную провокацию и произнес, глядя вдаль и вообще не глядя на нас:
— «Искусство управления» — книга, написанная леди Оливией Гарсиэн триста семьдесят лет.
Я замерла, пораженная внезапной догадкой.
Магистр Ксавьен же начал излишне меланхолично поедать перец.
— Значит вам известно, что эта книга более трех месяцев пробыла в руках принца Эльтериана? — прошипел магистр Ильхан.
И так как магистр Ксавьен продолжал молчать, Ильхан укоризненно воззрился на меня.
— Я узнала постфактум, — была вынуждена признать.
— Что ж, — магистр Ильхан с самым невозмутимо-созерцательным видом уставился на орлов, коих становилось все больше и больше, — надеюсь, вам известна история, одна весьма и весьма примечательная история, о которой в свое время судачили во всем Небесном городе.
Мне ничего не было известно, поэтому я нервно переспросила:
— Какая история?
Магистр Ксавьен продолжал молчать.
— История о том, — магистр Ильхан окинул меня снисходительным взглядом, — как маленькие птички-колибри растерзали на части одну прелестную деву, коей не повезло весьма существенно приглянуться любовнику леди Оливии Гарсиэн примерно так триста семьдесят лет назад.
У меня внутри все похолодело.
Магистры же продолжали созерцательное любование, ничего не предпринимая.
— Вы так и будете молчать? — взволнованно спросила я.
— Использовать магию нельзя, — задумчиво произнес магистр Ильхан.
— Ментально влиять на этих орлов почти невозможно, у Эльтериана должен быть как минимум высший уровень…
— Он суммарный! — в ужасе выдохнула я.
Магистры переглянулись.
— У меня идей нет, — мгновенно сдался магистр Ильхан.
— У меня есть, но убивать принца императорской крови прямо на глазах у всех не лучший способ умереть, — заявил магистр Ксавьен.
И тут я вспомнила о нашем козыре.
— Леди Летиция! — едва ли не воскликнула. — Профессор. Преподаватель на факультете ментальных чар. И совершенно уникальный в своем роде нулевой манипулятор.
Между прочим, я почти дословно повторила сказанное магистром Ксавьеном.
Но лишь процитировав, я вспомнила эту неприметную женщину. Глава направления Инспираторов, она не добилась даже положения декана Ментального факультета, потому как была женщиной, да и к «фейкам» отношение было не слишком серьезным во всем учебном заведении. Но позже, много позже, когда магистр Оррен стал правой рукой Эльтериана, я как-то совсем упустила из виду, что главой Великой Академии Достойных стала… леди Летиция Астер.
— Небо… — только и выдохнула потрясенно.
— Вот именно, — вставил магистр Ксавьен, — с утра не могу ее найти.
И он продолжил смотреть вдаль.
Он, но не магистр Ильхан.
— Асьен, что происходит? — напряженно спросил он, заметив мое потрясенное молчание.
И мне пришлось ответить:
— Летиция — человек Эльтериана!
Оба магистра в совершеннейшем изумлении уставились на меня.
Но мне нечего было им сказать, и, совершив быстрый реверанс, я поспешила в лагерь.
Это было весьма примечательное путешествие — идя у всех на виду, я сохраняла царственную грацию и изящество, но оказавшись между палатками и вдали от взглядов, срывалась на бег.
Летиция Астер… Летиция Астер… Летиция Астер…
Как же я могла забыть? И сколько еще имен я забыла⁈ Но академия — стоило помнить, что собирать преданных ему людей Эльтериан начал именно там, мне следовало это помнить! Как же я могла забыть⁈
В палатку сэра Матиуша я ворвалась без стука и без оповещения о своем прибытии, а посему мы оба столкнулись с крайне неловкой ситуацией — телохранитель Каенара сидел в чане со льдом, замороженный по пояс, и горел всей остальной частью своего тела.
Неловкая пауза на несколько минут повисла в палатке.
После чего сэр Матиуш стряхнул огонь, и вежливо осведомился:
— Чем обязан, мадемуазель Асьен?
