Я с тревогой посмотрела на орлов, коих становилось все больше, и некоторые особи могли без труда поднять не только меня в небо, но и даэтарцев, потом в сторону виднеющихся на самом горизонте гор. На душе было тревожно и даже болтовня девушек ментального факультета не могла заставить отступить эту нарастающую тревогу.
Мне было страшно. И чем больше я размышляла о профессоре Летиции тем страшнее становилось. Но действительно следовало понять раньше, что самостоятельно Эльтериан не добился бы такого прогресса в ментальной магии, а значит ему помогали. Уникальный в своем роде нулевой манипулятор… Выше нулевого манипулятора только манипулятор суммарный! У Эльтериана был наставник… непревзойденный в своем роде наставник…
Как же я могла не вспомнить такую важную деталь⁈ Как я могла⁈
— Магистр Ксавьен, ее нужно найти, — напряженно обратилась к магистру.
— Ну, нужно так нужно, — меланхолично произнес он, и с руки преподавателя по темной магии сорвалось что-то темное. — Убить не убьет, но и сосредоточиться не даст, — пояснил он мне.
Хотелось бы облегченно выдохнуть. Еще хотелось задать закономерный вопрос:
— А с принцем Эльтерианом подобное может сработать?
Быстрый взгляд на меня и отрицательный жест головой.
Какая жалость!
— Начинай грызть печеньки, Асьен, — снисходительно посоветовал мне магистр. — Карты уже брошены, партия будет разыграна исходя из того, что есть. Так что хватит нервничать, у тебя вон даже руки дрожат. Ешь печеньки, кому сказал.
Я послушно достала одно из пакета, но прежде чем смогла сделать с ним хоть что-то, печенье раскрошилось в пальцах — ладони действительно дрожали, а я уже ничего не могла поделать ни с ними, ни с ситуацией.
И турнир начался!
Обе команды выступили на край отмеренного участка степи.
Огромный прямоугольник вспыхнул зеленоватым огнем по краям, обозначая границы перемещения Тварей Нижнего мира. С одной стороны, настолько далеко, что и лиц было не разглядеть, выстроились даэтарцы. С нашей же стороны построения не было. Как такового его вообще не было!
Сначала выступили студенты факультета Цензората. И оглядели территорию на тему подходящести для построения, или еще для чего-то там — этого вообще никто не понял. Следом на поле вступили студенты факультета Управления и они совместно о чем-то посовещались.
А затем произошло нечто совершенно неожиданное — служители лагеря вынесли шкуры, с гладкой стороны покрытые тем же слоем воска с травами, коими вчера мы покрывали обувь студентов. И все это с тщанием и старательностью было уложено в форме треугольника, направленного в сторону построения даэтарцев. Но на этом приготовления не закончились — по контуру все обустроенное очертили белой, черной и розовой солью, а затем и магическим контуром.
— Эй, вы что творите? — не выдержали студенты Военной Академии.
Их вопрос был высокомерно проигнорирован.
Один из преподавателей Воинственных поспешил к нам, а точнее к магистру Ксавьену, но еще до того, как магистр в зеленой мантии поднялся к нам на холм, он получил безразличное:
— Понятия не имею, какую дичь творят мои студенты. Но правила второго тура не нарушены, так что вот как добежал сюда, так же и беги обратно. Дивной пробежечки.
Даэтарец побелел, однако сказать ему было нечего, видимо правила учений действительно никак и ничем не нарушались.
А затем появились наши студенты.
Выступали так же, как и на тренировке — впереди боевой факультет и Каенар в центре. Так и уселись на подготовленные шкуры. Следом ментальный факультет, но девушек усадили так, чтобы они были защищены со всех сторон. Позади всех — представители целительского факультета.
Цензорат и управленцы остались стоять вне «треугольника», и вот лишь они были теми, кто оказался с единственном допустимым здесь оружием — веревками. Ими можно было пользоваться как кнутом, как лассо или же просто как средством обездвиживания захваченных Тварей. Даэтарцы подготовились куда как более основательно — на каждом из них висело по десятку комплектов веревок различной длины и толщины, наши же студенты выглядели практически неподготовленными к предстоящему состязанию.
— Слушай, ты, как тебя там, — магистр Ксавьен чуть придвинулся, не отрывая взгляда от наших студентов, — там это, Каенар твой, ночью головушкой нигде не ударялся?
— Прекратите! — разъяренно потребовала я.
Иногда страх можно скрыть злостью.
— Понятно, сама в ужасе, — к сожалению, магистр Ксавьен понял все правильно.
И тут вдруг Каенар легко поднялся, и довольно громко сказал:
— Моя принцесса, я запамятовал о поцелуе на удачу!
И под свист даэтарцев и недовольные возгласы членов собственной команды, мой Ангел Смерти быстро подошел ко мне.
Обхватив одной рукой за талию, чуть наклонил назад, ловко используя магистров Ильхана и Ксавьена для прикрытия, и спросил, сняв с меня маску:
— Орлов видела?
— Сэр Матиуш уже на пути в горы, — быстро отчиталась.
— Асьен, ты чудо, — прошептал Каенар.
И все-таки поцеловал меня.
