Ира с трудом успокоила Екатерину, а потом ещё раз проверила все сметы, расчёты, графики. Ошибок в них не было. Покровский просто нарочно её изводил. Пока через коллег, но конечной целью была Ира. Андрей не давал переключиться на текущую работу, довёл до истерики уже третью сотрудницу из отдела, вносил правки и всё — какая сущая ерунда, по мнению Иры.
Она не понимала, чего Покровский добивается? Хочет сорвать сделку?! Сомневается в её профессионализме?! Если целью Андрея было вывести Иру из себя, что же, у него наконец-то получилось. Сейчас она поедет и разнесёт офис бывшего мужа по кирпичику. Сам нарвался!
Все необходимые документы закинула в сумку, закрыла дверь кабинета и фурией пронеслась в сторону парковки. С места тронулась как гонщик.
Сегодня ей пригодились все навыки и водительский опыт. Ира лавировала в потоке машин, стараясь проскочить пробку. Праведное негодование выплеснулось на нерадивых водителей, которые не считали нужным включать поворотники.
Припарковаться у офиса Покровского было сложно. Свободных мест не осталось. Ира подпёрла машину Егора, но пусть только попробует хоть что-нибудь сказать. Сотрудники её узнали и замешкались. Раньше она посещала офис в статусе законной жены, а теперь… Кто она?
Разгневанная бывшая, с которой по стечению обстоятельств, приходится сталкиваться по работе?! Вот же потеха!
Воспользовавшись всеобщей растерянностью, Ира свернула за угол. Стук каблуков раздался в приёмной, секретарша подскочила с места, чуть не опрокинув кружку с кофе.
— Ирина Сергеевна, идёт совещание, — донеслось в спину, но ручка опустилась, а Ира переступила порог кабинета.
Четверо мужчин замолчали, уставились на неё в изумлении. Смущаться Ира не стала, наоборот, расправила плечи, кивнув присутствующим. Брови Андрея поползли вверх. Ира шагнула вперёд, со стуком опустила сумку на вытянутый стол, в глазах читался вызов.
— Обсудим детали позже, можете идти, — коротко бросил Покровский.
Его сотрудники покидали кабинет, шурша листками. Когда за последним закрылась дверь, Андрей отбросил ручку в сторону и сказал:
— У меня вообще-то было важное совещание.
— У меня, знаешь ли, тоже работы до хрена, — она решила, что лучшая защита — это нападение. — Но раз ты считаешь, что мои подчинённые некомпетентны, придётся донести информацию лично.
— Твои подчинённые приносили мне не расчёты, а какую-то порнографию, — Андрей безмятежно откинулся в кресле.
— Андрей Витальевич, вы так хорошо разбираетесь в порнографии? Или просто не разбираетесь в финансах? — Ира потянулась вперёд, положила пластиковую папку на стол генерального директора.
Из сумки она достала записную книжку и грациозно опустилась на кресло, которое до этого занимал начальник службы безопасности. Закинув ногу на ногу, щёлкнула ручкой. Андрей сглотнул и едва удержался от того, чтобы ослабить узел галстука. Хрен с ним, с совещанием. Разве не этого он хотел?! Не этого добивался с начала недели?!
После юбилея Горской он места себе не находил. Думал и ревновал. Ревновал и думал. Начбез нарыл на Волкова целый компромат. Изучив информацию, Андрей залпом допил остатки виски в стакане и долго смотрел в окно.
Внутри него бушевало столько эмоций. Хотелось что-нибудь порвать или сломать, но интерьер его новой квартиры — тёплый минимализм, а клининговую службу выдрессировала мать. Если и захочется что-то сломать, то для начала придётся это найти.
Андрей прошлёпал босыми ногами к шкафу. Достал из коробки начатый флакон женских духов. Они принадлежали Ире. Его Ире.
Если становилось совсем невмоготу, Андрей доставал эту коробку, вдыхал запах и мысленно возвращался в те моменты, когда был по-настоящему счастлив.
Эта иллюзия длилась недолго. Реальность с ним не церемонилась, без раздумий давала отрезвляющую пощёчину. Напоминала, что рядом больше не было Иры, остались только ее духи. Довольствуйся, Андрей Викторович! Вдыхай полной грудью и вспоминай свое предательство!
Андрей наивно полагал, что сможет ее отпустить, но переодически находил себя под окнами дома любимой женщины. Свою машину парковал в соседнем дворе, а сам садился на лавочку за детской площадкой. В сумерках мужской силуэт не разглядеть, поэтому можно было подолгу пялится в ее окно. Иногда в нем горел свет, иногда нет, но для Покровского эти посиделки стали обязательным ритуалом.
Теперь Ира была в его кабинете. Деловая, собранная, с натянутой спиной и волосами собранными в высокий пучок. Хотелось встать, приблизиться, аккуратно достать все шпильки, распустить гладкие как шелк волосы, зарыться в них пальцами, которыми неосознанно застучал по столу.
С самого понедельника Андрей ждал встречи с Ирой, но когда понял, что его намеренно игнорируют, отправляя своих, пусть и хорошо подготовленных сотрудниц, он превратился в деспотичного зануду. С ходу засыпал вопросами, перечеркивал рассчеты, возвращал сметы.
