Я зависим от тебя. Болезненно, остро… Не знаю причин, но ты мне нужен. Я отчаянно нуждаюсь в тебе, как утопающий в спасительной соломинке.
Не отпущу, не смогу разжать пальцы. Как бы плохо и больно тебе со мной ни было. Ты мой. И все. Точка.
Скрип двери и негромкий щелчок замка. Осторожно вместе с полоской света в комнату просачивается Рин.
Прикрывает за собой дверь и опускается на край кровати.
Голубые глаза бегают, а пальцы, сомкнутые в замок, лежат на сжатых коленях.
Жду. Я не собираюсь говорить с тобой, тем более первым.
Сглатывает, кусает губы…
- Слишком тихо было, я уже думал, ты ему шею свернул.
- Ага, а сейчас ебу хладный труп. Отвернись, ты меня смущаешь.
- Да иди ты, братик…
Что-то слишком часто меня посылают. Безнаказанно посылают. Я что, старею? Или еще хуже - добрею. Интересно, это передается половым путем? Я еще не готов отказаться от секса с мышкой. В пакет его, что ли, заворачивать?
Взгляд подростка отстраненно блуждает по одеялу, поднимается выше и жадно касается голой спины, с которой сползло покрывало.
Хмыкаю и натягиваю ткань повыше.
- Не пялься. Мелкий еще.
- Да я девственность потерял раньше, чем ты!
- Какое слово сложное, ты с ключами не путаешь, нет?
- Шики, блять!
- Или ты на дверную ручку задницей наткнулся…
- Прекрасно, пять баллов за ехидство! Ты всегда прикрываешься грубостью, когда не знаешь, что ответить.
Ну и что, что ты прав. Я же в этом не признаюсь. Во всяком случае, не тебе и не вслух.
- Твой маленький друг жив и вполне невредим. Преспокойно сопит себе в обе дырки. Можешь свалить отсюда с чувством выполненного долга и полного удовлетворения.
- Хотя бы двадцать минут не будь дерьмом, а?
- На сегодня лимит уже исчерпан. Да и на ближайший год тоже.
- Ну надо же. Мы почти разговариваем. И даже без оружия.
- Ага, а в правой руке за спиной ты зонтик держишь?
Сдувает челку с глаз и невинно улыбается. Прямо сущий ангел, если бы он еще в это время не пытался свою зубочистку незаметно сунуть под покрывало.
- Что ты собираешься делать?
- Боюсь, и дальше придется тебя слушать.
- Там… Там везде трупы, Шики. Нужно валить отсюда, валить прямо сейчас.
- Я что, держу тебя? Дверь не заперта - забирай второго ушлепка и на все четыре стороны.
- Ты не понимаешь, идиот?! Нас едва не сожрали!
Ну да, куда уж мне. Откуда знать.
- И что я должен сделать?! Нет, подожди, не так. Что я могу сделать?! - приходится говорить полушепотом, чтобы не разбудить Акиру. Выходит больше похожим на шипение.
- Валить отсюда.
- Я не хочу.
- Сколько еще ты будешь гоняться за призраком?!
- Тебя это не касается.
- Акиры касается. Ему ты тоже позволишь сдохнуть?
- Я не нуждаюсь в твоих советах, сопля. Как и в тебе. Хочешь оставаться здесь - заткнись и не мозоль мне глаза.
По лицу мальчишки проскальзывает тень. Я зацепил его, но он не подает вида - наоборот, широко улыбается. Радостно, я бы сказал, если бы не знал его так хорошо.
- Он тебя бросит. - Железобетонная уверенность в голосе. - Сразу же, как только перестанет нуждаться в защите.
- Умница. Но нет, не зацепил.
- И не пытался. - Равнодушно пожимает плечами блондин. - Это правда. И мы все, все трое знаем это. Он оставит тебя, променяет на кого-то, способного любить, а не только хорошо трахать.
- Больше нет.
- Что нет?
- Я не повторяю своих ошибок. Ты больше не получишь того, что принадлежит мне.
- А что ты сделаешь? Ошейник на него наденешь?
- Почему нет?
- Вот тебе и ответ. Поэтому ты всегда был один, даже в детстве. Не нужен. Ты. Никому. Не. Нужен. Братик. И уж тем более ты не нужен Акире, - негромко повторяет он, нараспев. Снова и снова… Пока у меня в висках не начинает стучать кровь, а руки не сжимаются в кулаки.
Сжимаю и чувствую прохладные пальцы в своей ладони. И снова, который раз за последний час, это меня успокаивает. Просто присутствие этого тела рядом - и убивать хочется в разы меньше.
Но Рин, маленькая сука… Ты заплатишь за эту попытку зацепить меня побольнее.
- Да, ты прав. Никому. Даже Казуи.
- Не смей… Даже имя это произносить не смей…
- Почему же? Давай вспомним еще раз… Ты лишил меня единственного друга.
- Из-за тебя, сука…! Ты виноват! - О, как мне нравятся эти слезы, замершие на длинных ресницах.
- Разумеется, я. Я поставил его перед выбором. И он выбрал. Не меня. Предпочел мне сопливую малолетку. А после наглотался таблеток. И знаешь, почему?! В тебе, в твоей отвратительной, смазливой физиономии он видел меня. ТЫ, не я, ТЫ был ему немым укором. И это ТЫ толкнул его к краю.
- Заткнись!
- Почему же? Ты же так жаждал диалога.
- Я тебя ненавижу!
- Уже скучно, придумай что-нибудь новое.
- Знаешь, смерть должна быть избавлением. А ты его не достоин. Я просто буду ждать, ждать, когда ты ошибешься. И тогда ты снова останешься совсем один, лицом к лицу с самим страхом. А у меня будет очень хороший день.
- Ждать придется долго.
- Да ну? Стоит только переступить границу Тошимы… И ты, - кивок в сторону спящего парня, - его больше не увидишь. Он забудет тебя, как страшный сон, кошмар, который он был вынужден пережить.
- Не цепляет.
- Врешь.
Ухмылка и уничтожительно вскинутая бровь в ответ.
- Я заберу его у тебя.
