Культиватор с хвостом ловко пригнулся, пропуская атаку над собой. И рванул вперед с удвоенной скоростью, стремясь сойтись ближе с врагом. А там, где техника ветра встретилась с землей, беззвучно появился широкий разрез, углубившийся на пару метров в каменистую почву.
Больше, однако, дистанционных атак не было. А под тенью огромной пальмы, его ждал противник. Культиватор примерно в таких же светлых одеждах. Только в его руках находились пара артефактных сабель. Левую окружали порывы ветра, а правая чернела стихией тьмы.
— Я добрался до тебя, отродье демонов! — торжествующе закричал хвостатый культиватор. — Умри же теперь!
Он вскинул копье, накачивая его стихией света. Белоснежный луч почти мгновенно достиг врага. Тот принял атаку на скрещенные сабли, разбивая и блокируя луч.
Увидев это, хвостатый культиватор еще сильнее ускорился, окутываясь стихией света в толстый кокон.
Живой снаряд столкнулся прямо с обладателем сабель, на мгновение ослепительно вспыхнув. Яростные потоки света выжгли одежду, и даже слой кожи врага, вместе с гораздо более чувствительными глазами. Основную часть собственной энергии хвостатый культиватор вложил в одну, сильнейшую технику. И оно того стоило!
Крик, наполненный болью, резанул уши. Враг с трудом удержал в руках сабли, пытаясь вслепую полоснуть перед собой. Но все это было бесполезно — хвостатый культиватор грациозно извернулся, и безжалостно ткнул вперед копьем. Наконечник, снова блеснув стихией света, проткнул шею обожженного, слепого врага.
— За что? Я никак не связан с демонами! — из последних сил пробулькал умирающий.
— Любой, замаравший себя стихией тьмы, недостоин жизни! Ты сам виноват в своей смерти! — пафосно ответил хвостатый, пристально наблюдая за смертью очередного врага. В ходе короткой, но яростной битвы полоска, прикрывавшая глаза от пыли сорвалась. И теперь стали видны глаза победителя. Ярко-зеленые, с вытянутым зрачком, словно у кошки…
Дальнейшая прогулка Эрвина по Хогелю не принесла особых впечатлений. Но при этом также оказалась полезной. Услышанная фраза то тут, то там. Громкая ругань нескольких культиваторов. Обсуждения прохожих. Конвоирование преступников стражей, и их реплики. Вопли зазывал из отдельных лавок… Крохотные даже не события — куски событий вокруг постепенно давали понимание происходящего вокруг. Хотя до полной картины все еще было далеко.
Увидев третью по счету лавку менялы, Эрвин невольно задумался:
— Может быть, не стоило так все поспешно продавать в той, самой первой?
После чего пожал плечами. Сделанного не воротишь назад, как бы не хотелось. К тому же, не в его характере было долго торговаться. Зато посвятить отработке очередной техники несколько недель, или даже месяцев, добиваясь наилучшего результата — вот это было по плечу. И не вызывало абсолютно никакого раздражения — для дела ведь! А деньги… Эррол, наследник клана Двуликого Лотоса, никогда не задумывался о них. Потому что незачем. Частично эту черту перенял и Эрвин, восстановив его воспоминания. Конечно, он гораздо больше зависел от средств, но все равно относился к ним достаточно равнодушно, ценя совсем иные вещи.
Внезапно одна из больших лавок привлекла внимание, и Эрвин тут же устремился туда. Место, где торговали артефактами, оказалось весьма людным. Двое продавцов параллельно что-то рассказывали покупателям. А еще не меньше десятка человек находились там же. Кто-то пришел за компанию, а кто-то нацелился на покупки. В такой атмосфере Эрвин казался совсем незаметным. Этому немало способствовала и его потрепанная дорожная одежда. Особенно на фоне богатых одежд горожан (а бедным в этой лавке делать нечего), и культиваторов, порой одетых даже более роскошно. Фраза «встречают по одежде» явно была хорошо знакома обитателям Хогеля.
Примечательно то, что в самом помещении единственным артефакт являлась искусно вырезанная из кости свеча, сиявшая ярким светом. И все. При этом продавцы, без устали расхваливавшие товар, постоянно бегали в соседнее помещение, чтобы принести его для демонстрации. И так же резво убирали, стоило клиенту отказаться от покупки по каким-то причинам. Похоже, несмотря на троих охранников-культиваторов по углам, лавка боялась ограбления. Поэтому не желала выставлять на всеобщее обозрение слишком много ценностей сразу.
Спокойно дождавшись собственной очереди, Эрвин добрался до одного из продавцов — уже пожилого мужчины, с немного одутловатым лицом. Чуткий нос культиватора ощутил легкий запах алкоголя. Впрочем, все это не касалось его.
— Меня интересует кошелек из шкуры пожирающей жабы.
